Джихад по-Русски

Чтобы спеленать такого фрукта, как Антон, должны были направить профессионалов, которых объект пеленания определил бы за версту по целому ряду специфических признаков. Сам такой.

— Ну, падла! — всхлипнул «увесистый», нервно щелкая предохранителем и досылая патрон в патронник. — Ну…

— Батя! — предостерегающе крикнул сзади Сашко — зоркий сокол. А то батя сам не заметил!

— Да ты ебанись, Колян! — из салона «уазика» вывалился некто грузный и краснорожий — тож в «снегу», но замусоленном донельзя, обросший, как шимпанзе, и до крайности раскованный. Притертый к местности, одним словом.

«Притертый» с маху погасил настороженный ствол «увесистого», толкнул его в плечо и, авторитетно отрыгнув, вразумил:

— Ты что творишь, Колян? Тебе тут полтора месяца жить, мля! Ну?

— Да фуля — «ну»?! — возмущенно воскликнул «увесистый». — Почем мне знать — кто он такой? Со стволом…"

"— Так ты меня спроси, — опять со вкусом отрыгнул «притертый». — Это же их начальник штаба, мля! Надо же — чуть энша не завалил! «Со стволом»! Они тут все со стволами. Ты помни: когда тебе «чехи» начнут пистон вставлять вечерком, кроме них, никто к тебе… эгррр-кхха! — тьфу, прости, господи, — никто на помощь не придет. Ты меня понял, нет? Если не понял, ты не стесняйся — завтра мы уедем, не с кем посоветоваться будет…

— Да все он понял, братишка, — миролюбиво произнес приблизившийся под шумок Антон, уже безо всякой опаски протягивая «притертому» руку.

Слава богу — это те самые «свои», которые просто свои! Этот волосатик в январе, в числе командования сводного отряда ОМОНа, размещавшегося в райцентре, приезжал в Литовскую на рекогносцировку. Только в тот раз он был в свежем камуфляже, чисто выбрит, трезв, пострижен и казенно напряжен. Что поделать — война быстренько стряхивает с людишек шелуху цивилизации и заставляет иначе смотреть на окружающую действительность.

— А чо — издаля мы на нохчей запохаживаем? — показательно изобиделся Антон, старательно имитируя здешний прилипчивый диалект, влиянию которого он в течение последнего года стойко сопротивлялся сам — и казачат старался отвадить. — От так сразу и не видать?

— Да я же им сказал! — досадливо вскликнул «притертый», бесцеремонно ткнув большим пальцем за спину — в сторону набычившегося Коляна, которому не дали как следует исполнить служебные обязанности. — Казаки, говорю, кому еще…

— А проверить все равно обязаны, — непреклонно заявил «увесистый». — Вдруг «духи»? Пасмурно, с расстояния в сто метров лиц не рассмотреть. А у них, между прочим, каждый второй издали на славянина смахивает. Это же надо подойти да в глаза посмотреть, да пару вопросов задать — тогда ясно будет.