Чего желает джентльмен

Маркуса эти господа почитали за своего – не зря он убил несколько недель в этом притоне, занимаясь расследованием. Помимо двух-трех непристойных замечаний по поводу его женитьбы, которые герцог вытерпел молча и со скучающим видом, болтали в основном о лошадях, картах и всевозможных пари.

Потом стали играть в двадцать одно. Миллемен уехал вскоре после того, как часы пробили час ночи, а к ним за стол подсели двое джентльменов – Боуден и Лейн. Их не было в списке Маркуса, но играли эти ребята всерьез. Ставки взлетали все выше и выше. В душе Эксетер был им очень благодарен: ему вовсе не хотелось провести за картами всю ночь, а тут прорва денег быстро переходила из рук в руки.

Тем временем Тревенхем продолжал игру, выигрывая немного и ни разу не проиграв крупной суммы. Опрокидывая стакан за стаканом, он тем не менее был невозмутим и свеж. Маркус играл как черт, не заботясь о том, выиграет он или проиграет. Ему нужны были деньги Тревенхема, чтобы предъявить их Тиммзу и выслушать вердикт банкира об их подлинности. Редли только потел, его воротничок потемнел от влаги, а карты делались липкими, попадая в его толстые сальные пальцы."

"Новая сдача. Тревенхем вышел из игры. Маркус взял карты, для того чтобы не возбуждать у этого типа подозрений. Боуден выбросил на стол очередную карту. Эксетер едва заметил, что выиграл – так он был огорчен. Терпение его лопнуло. Он поспешно сгреб монеты и банкноты и задумался: что ему делать с Тревенхемом? Возможно, удастся подбить его на партию в пике?

Тревенхем встал из-за стола, отодвинув стул.

– Доброй ночи, – сказал он, широко зевнув и почесавшись. – Кажется, отсидел задницу. – Он сунул деньги в кошелек.

Маркус тоже встал. У него ныла спина – сидеть, лениво развалившись на стуле, не в его привычке.

– Я тоже устал. – Эксетер бросил взгляд на Тревенхема. – Не желаете перекинуться в пике?

«Скажи «да»!» – умолял он про себя.

Тревенхем рассмеялся:

– Только не сегодня, ладно? Хватит с меня загадок чертова сфинкса. – С озадаченным видом он похлопал себя по карманам, затем улыбнулся с видом триумфатора. – Лучше уберусь отсюда, пока можно, – продолжал Тревенхем и попытался поклониться, однако ноги его подкосились, и он чуть не свалился на пол, точно куль с мукой.

Маркус, опустив голову, смотрел, как подозреваемый, шатаясь, пробирается к выходу. Черт, пропала такая возможность! Или тот уже разгадал его план? Если так, он не отыщет у себя в кармане даже полпенса из запасов Тревенхема, не говоря уже о хрустящих новеньких банкнотах. Маркус спешно сунул руку в карман, чтобы осмотреть свой выигрыш. Как же ему надоела эта история!

– Эксетер! – Бледная пухлая рука накрыла его ладонь. Герцог холодно взглянул на того, кто заговорил с ним.