Джентльмен-повеса

 — Стивену хотелось встряхнуть ее, но это бы не помогло. Она должна принять эту истину сама. — Ты любишь сестру и братьев и заботишься о них. Ты прощаешь отцу и его супруге их отсутствие и, что, на мой взгляд, самое странное, легко уживаешься со своей кузиной.

Энн засмеялась:

— Клоринда хочет добра.

— Ну, если ты так говоришь. — Он видел, что Энн все еще сомневается. — Пойми, то, что случилось в доме барона Геддинга, сформировало тебя такой, какая ты есть. Это сделало тебя в чем-то сильнее, в чем-то слабее. Кто знает, кем бы ты стала, сложись все по-иному. Возможно — толстой матроной с выводком детей, цепляющихся за твои юбки, или вышла бы замуж за пьяницу, который стал бы тебя бить.

Энн смотрела на него так, словно он открыл ей новый взгляд на суть вещей. Это хорошо.

— Не важно, кем ты могла стать. Ты та, кто ты есть. Ты обязана оставить Брентвуда в прошлом и жить дальше. — Стивен ее встряхнул. Легонько. — Ты даешь этому презренному негодяю слишком много власти над своей жизнью, постоянно думая о его вероломстве.

В глазах Энн блестели слезы, голос прерывался.

— Хотелось бы думать, что ты прав.

Стивен обнял невесту, с радостью заметив, что она прильнула к нему с большой охотой и положила голову ему на грудь. Он прижал ее к себе, слушая, как шипит и потрескивает огонь. Он бы хотел уложить ее в кровать, но, вероятно, она испытала уже слишком много эмоций для одного вечера.

— Я пойду. Тебе надо отдохнуть.

— Нет! — вскинулась она. — Останься.

— Не уверен, что это хорошая идея.

— Зато я уверена, — заявила Энн, но ее губы подрагивали.

— Энн, мы можем подождать. Впереди целая жизнь.

— Но я хочу начать сейчас. — Ее голос звучал уверенно. — Брентвуд украл у меня не кусочек плоти. Он лишил меня мечты о любви, семье и детях. Я хочу, чтобы ты показал мне, как это будет.

Стивен на мгновение прикрыл глаза. Несколько минут назад он считал, что его мужское естество вот-вот взорвется. Оказалось, что это были еще цветочки. А придется вести себя очень осторожно. Энн — девственница, пусть не телом, но душой.

Он внимательно посмотрел на невесту:

— Хорошо. Но только помни: все, что я делаю — или ты делаешь, — мы делаем вместе, а не друг для друга. Если в какой-то момент тебе захочется, чтобы я остановился, достаточно просто сказать об этом.

Энн неуверенно кивнула:

— Понятно. Как мы начнем?

— Для начала ты должна согласиться с тем, что красива.

— Что? — Она попятилась. — Не смеши.

— И не думаю. Любовь в браке — это больше чем родство душ, которое воспевают плохие поэты. Это еще и физическое единство. Существует множество женщин, с которыми я с удовольствием беседую, но не хотел бы видеть их в своей постели. — Он снова потянулся к невесте.