Дыши мной

Какая, нахрен, разница? Смех оборвался несколькими болезненными всхлипами. Она прочесала пальцами в волосы, в последний раз шмыгнула носом и только сейчас повернулась.

— Ты не хочешь побыть сегодня у бабушки, солнышко? — выдавила она, попытавшись придать голосу спокойствие. — У меня есть кое-какие дела.

Мия смотрела на неё, как вспугнутый кролик. Или единорог.

— Ладно, — с недоверием протянула она. — Но ты же заберешь меня вечером?

Нужно заехать в аптеку, спустить деньги на упаковку тестов, а потом… потом просто уже порыдать нормально. Громко и горько. Пустой большой дом на отшибе позволяет это сделать. Не зря же она отказалась от любимого человека ради этой горы кирпичей! Должны же быть плюсы! Джемма попыталась улыбнуться настороженной дочери. Оттолкнулась от пола и начала подниматься.

— Конечно, заберу, — она нетвёрдой походкой подошла к Мии, обняла за плечи и прижала к себе. Наклонилась и чмокнула в байковую макушку. — Куда же я денусь, да?

Никуда. Уже, судя по всему, вообще никуда.

Восемь лет жизни пролетели так незаметно, будто их и не было. Остатки юности, часть молодости, когда бывшие подружки были свободны и только строили планы на будущее… Все эти годы у Джеммы прошли по сценарию взрослой женщины. Казалось, что хотя бы сейчас можно начинать жить. Но стоило ненадолго поднять голову и позволить себе снова влюбиться — и на! Получи второй круг!

Если опасения подтвердятся, то это слишком большая расплата за одну короткую неделю счастья. Слишком.

Глава 40

Утро наступало медленно, постепенно. Сначала начало светлеть небо, потом стали гаснуть уличные фонари, и вскоре утренний свет заполнил комнату. Иэн следил за всему изменениями. Он не спал уже несколько часов и видел, как меняется картина за окном. Примерно в шесть утра за стенкой, в комнате Мэтта, стал раздаваться ритмичный стук кровати, говорящий о том, что Рита осталась ночевать здесь. Это странно, учитывая, что у неё своя огромная квартира в соседнем районе, и намного интереснее было бы уединяться там, но… Иэн просто нашел под подушкой наушники, включил шум водопада и продолжил лежать, таращась в окно.

Еще пару длинных, бесконечных часов.

Не его дело, кто, где и как спит. В этой квартире ему принадлежит всего одна комната, а что делает Мэтти, его не касается: он у себя дома. Возможно, скоро брат вообще захочет избавиться от жильца. Его личная жизнь переросла конфетно-букетный период, вошла в стадию постоянных отношений, и будет вполне логично, если Мэтт и Рита вскоре решат съехаться. И тогда кто-то явно окажется третьим лишним.

Иэн отбросил одеяло, вяло слез с кровати и протащился к столу. Рывком продел пальцы в ушки четырёх грязных чашек, развернулся и поплёлся к выходу. Локтем открыл дверь, вышел из спальни.