Дымная река

Сам город был представлен в виде сетки разномастных улиц и проспектов, пересекавшихся под прямыми углами.

Карта показала, что иностранный анклав и район административных зданий разделены не только городскими стенами, но и густо населенными жилыми кварталами: Город чужаков выглядел крохотным придатком в юго-западной оконечности цитадели. Район, где обитали мандарины и маньчжурские военачальники, был в северном секторе города, и чужеземцы считали большой удачей свою удаленность от местных властей — вот почему было важно знать местоположение резиденции Верховного комиссара. Она оказалась в неуютной близости к иностранным факториям.

— Все ясно, — сказал Дент. — Он направляет свой корабль нам наперерез. Готовит залп из бортовых орудий.

В ответ Слейд выпятил грудь и вдохновенно произнес:

— Что ж, сэр, вот и определилась линия нашего поведения. Зарубежной общине надлежит оставаться абсолютно спокойной и бездеятельной. Пусть китайские власти сделают первый ход, к чему они всегда понуждают своих оппонентов, зная, что тем самым получат преимущество. Но в кои-то веки этим воспользуемся мы. — Громовержец многозначительно помолчал и закончил: — В надвигающейся буре нам следует быть не дубом, но ивой.

Выступление его немедленно получило единодушную поддержку:

— Правильно!

— Отлично сказано, Джон!

Бахрам радостно присоединился к хору голосов. Он опасался, что британские горячие головы займут чрезмерно воинственную позицию, и теперь облегченно выдохнул, когда самая буйная из них призвала к сдержанности.

— Прямо в яблочко, Джон! Сейчас лучше быть ивой, нежели дубом. Сперва дождемся бури.

Однако предсказанный разгул ненастья замешкался: в последующие дни ощущались только бесцельные порывы встречного ветра. Тревога, вспыхнувшая от известия о приказе комиссара доставить к нему осужденных поставщиков опия, угасла после сообщения, что он смягчил им наказание. Пошли разговоры о том, что суровость наместника, возможно, преувеличена, но их опровергла следующая новость: юм-чаэ покинул Кантон, отправившись инспектировать фортификации на Жемчужной реке.

Члены Совета дружно испустили вздох облегчения, радуясь предстоящим спокойным дням, жизнь анклава стала входить в привычное русло, но вот комиссар вернулся и сделал первый ход.

Бахрам завтракал, когда на пороге дома № 1 фактории Фантай-Хон появился нарочный. Его встретил Вико, который, выслушав сообщение, бегом кинулся наверх и без стука вошел в контору.

Бахрам снимал пробу с пакоры из первых весенних овощей. Секретарь вслух читал последний номер «Дневника», но смолк, увидев Вико.

— Патрон, только что прибыл нарочный с известием об экстренном собрании.