Первая леди города, или Между двух берегов

 – Не пожалеешь? Ведь я не благовоспитанная английская леди, я Наковальня, и только богу известно, что придет мне в голову и в какой момент!

– А я и люблю тебя, детка, за то, что ты непредсказуемая и шальная, девочка моя, мне так не хватает тебя, твоих штучек, твоей неутомимости…

– Да уж! После визита в обитель полковника Гордеенко…

– Малыш мой, как же ты все это вытерпела? – сочувственно спросил Егор.

– Не знаю… отключилась быстро, наверное, поэтому почти и не поняла. Знаешь, они меня на пустырь выкинули, и, если бы не бомжи какие-то, я просто замерзла бы, и все. Хохол сказал, я пять дней в коме была, он меня нашел кое-как, в коридоре на кушетке, ко мне и не подходил никто, зачем – без документов, без сознания, вся избитая и почти раздетая. За «дорожницу» приняли, наверное! – усмехнулась Коваль. – А потом Хохол с Розаном приехал, навели там шухер, и понеслось – отдельная палата, завотделением в лечащих докторах! Поганая страна, где к людям относятся соответственно размеру кошелька!

Они до глубокой ночи проговорили обо всем – о футболе, о корпорации, о Марининых подозрениях в адрес Чернова, о делах в ее ресторанах и казино… Ему все было интересно, все важно, не было ничего, что не вызвало бы его реакции. У Марины уже язык не ворочался от бесконечных рассказов, и Егор, заметив это, угомонился наконец:

– Прости, милая, я живу по английскому времени, совсем тебя замучил. Ты спи.

– А ты?

– А я буду на тебя смотреть.

– Ты ненормальный, Малышев…

– А ты – стерва, – улыбнулся он, вспомнив их традиционный монолог.

Утром, проснувшись раньше обычного, Марина перевела взгляд на лежащего рядом мужа и вздрогнула – лицо, к которому она никак не могла еще привыкнуть…

– Господи, – пробормотала Коваль, выбираясь из постели и стараясь не разбудить его, – так и инфаркт можно заработать!

Прикрыв дверь в спальню, чтобы не мешать Егору, она спустилась вниз, в кухню, где уже с утра пораньше суетилась Даша.

– Доброе утро, Марина Викторовна! – приветливо улыбнулась она. – Кофе?

– Да, если можно. Даша, у меня тут… словом, ко мне вчера наведался гость, – начала Коваль вешать лапшу на уши наливающей ей кофе горничной. – Он не говорит и не понимает по-русски, ты особо не удивляйся, хорошо?

Даша не первый день и даже не первый год служила в этом доме, видела и слышала много такого, чего, может, и не должна была, и привыкла ничему не удивляться, прекрасно зная о своих хозяевах некоторые подробности. Вот и сейчас она только плечами пожала:

– И как с ним объясняться?

– А никак – я сама тебе все буду говорить. Одна просьба… – Марина внимательно посмотрела ей в глаза, и договаривать не пришлось.

– Конечно, Марина Викторовна, о чем разговор! – откликнулась она, поставив перед хозяйкой чашку кофе и пепельницу.

– Вот и умница.