Двойник Короля 9

Словно он был не человеком, а куском гнилого мяса, брошенным посреди стаи голодных волков.

Двое солдат с ружьями сопровождали его, не скрывая презрения. Не конвой пока что, но уже и не почётный эскорт. Промежуточное положение, которое может измениться в любой момент.

Стоило ему скрыться в своей палатке, как напряжение отпустило. Ноги подкосились, и он рухнул на походную кровать. Выдохнул и потёр лицо ладонями, стирая невидимую грязь. Стражники остались снаружи. Только теперь это была не охрана, а надзор.

— Бред… — произнёс он себе под нос, качая головой.

Дрожащие руки потянулись к бутылке коньяка, спрятанной под кроватью, — хороший, дорогой, из личных запасов. В такие моменты не жалко никаких денег. Налил себе половину стакана и выпил залпом. Горло обожгло, тепло распространилось по пищеводу до самого желудка, чуть притупляя идиотизм ситуации. Жидкость снова заполнила ёмкость.

Майор посмотрел на свои ладони. Они были мокрыми и дрожали, как у столетнего старика. Сосулькин сжал кулаки, пытаясь унять предательскую дрожь. В норме он мог хладнокровно отдавать приказы, посылая людей на смерть, мог смотреть, как разрывает солдат на части, но это… Это не укладывалось в голове.

Кто-то с той стороны добил бойцов. Сделал всё настолько бесшумно и быстро, что в пылу сражения и отхода никто ничего не заметил. Он не заметил. И даже не почувствовал.

Другого варианта просто не может быть! Турки никогда так не поступали раньше. Да даже если бы решили… Как? Кто? Что-то похожее на теней императора? Тогда почему его оставили в живых?

Сосулькин сделал ещё глоток. Коньяк обжигал горло, но даже это не могло заглушить горький привкус. Рот наполнился желчью от одной мысли о том, что его использовали, как пешку.

Вопросы наслаивались один на другой, голова отказывалась думать. Слова о том, что он предатель, до сих пор звенели в ушах, словно удары колокола. Ещё один стакан коньяка. Сосулькин скинул сапоги, упав на кровать. Бокал покоился на груди, вздымаясь и опускаясь в такт дыханию.

Неужели настоящие предатели начали действовать настолько грубо? По факту его подставили. Если он не сможет объяснить, что произошло, всё пропало. Всё! Столько лет работы коту под хвост.

Сосулькина не беспокоило, что его могут расстрелять. Это не первая угроза такого рода в его карьере и вряд ли последняя. Он знал, на какие жертвы придётся пойти, когда оставил свой род и стал военным.

Не добиться цели, не послужить стране… Вот что его злило и раздражало. Он не успел, не хватило совсем чуть-чуть. А план был так близок к завершению.

Майор тяжело поднялся с кровати и сел за небольшой походный стол в углу палатки. Зажёг керосиновую лампу, бросившую тусклый жёлтый свет.