Двойник Короля #4

Медленно протиснулся через узкое место, чувствуя, как одежда намокает всё сильнее.

И правда, дальше стало свободнее. Настолько, что даже удалось встать на четвереньки. В темноте впереди забрезжил слабый свет. Я пополз быстрее, игнорируя острые камни под ладонями.

Луч вдалеке становился ярче. Теперь я различал тусклое голубоватое сияние, похожее на отблески далёкой луны.

— Коля! — крикнул Василий за моей спиной. — Мы почти добрались!

— Тихо, — шикнул я на него.

Наконец выбрался в пространство, где можно было встать. Пещера, некогда поражавшая своими размерами, теперь казалась жалкой каморкой. М-да, монголы постарались на славу.

— Твари, — процедил сквозь зубы, разглядывая разрушения. — Когда только успели здесь всё подорвать?

Отблески факела плясали на неровных стенах, создавая причудливые тени. В дальнем углу что-то мерно постукивало. Я пробрался туда, перешагивая через обломки породы.

Николай, перепачканный пылью с головы до ног, стоял на четвереньках. Его руки двигались с методичностью заведённого механизма — удар, пауза, снова удар. Камень о камень.

— И как давно он так? — тихо спросил у подошедшего Василия.

Тот только пожал плечами:

— С тех пор, как нашёл это место. Говорит, чувствует что-то.

Старший Тёркин даже не обернулся на наши голоса, полностью поглощённый своим занятием. В свете факела я заметил, как по его лбу стекают капли пота, прочерчивая светлые дорожки на грязном лице.

Раздался громкий треск — камень, наконец, поддался. Николай торопливо отбросил в сторону куски породы, а затем потянулся руками глубже. Почему-то паренька потряхивало.

Через мгновение в свете факела блеснули кристаллы. Два и довольно крупных. Я невольно перевёл взгляд на лежащие рядом пять штук. Рука сама потянулась схватить находку. Источник внутри отозвался глухим гулом, требуя немедленно поглотить энергию. Пришлось одёрнуть себя. Потом.

Николай, наконец, выпрямился. Всё лицо мокрое, к коже прилипли куски грязи и пыли. Даже маленькие части породы приклеились.

— Господин, тут пара, — произнёс он, бережно держа находки.

— Родственники? — хмыкнул я, разглядывая переливающиеся грани.

— Почти. Из одной луковицы, — серьёзно ответил близнец.

— Чего?

— Пласт вытянутый и находится глубоко под землёй. Расходится на километры, а в некоторых местах он чуть ближе к породе, — Николай говорил с воодушевлением учёного, делящегося открытием. — Когда в нём достаточно магии, то вверх начинают расти жилы. Если пробиваются наружу, образуется луковица. При слабом и маленьком пласте кристаллов будет…

— Мало? — подсказал я.

— Один! — его глаза лихорадочно блестели в полумраке. — А тут целых семь! Вы понимаете, семь?

— И это значит?.. — подтолкнул его к продолжению.