Двойник Короля 2

Другая, с грудью, рвущейся из корсета, громко хохотала над сальными шутками помятого жандарма. Третья просто спала, привалившись к косяку.

«Сколько же надо выпить, чтобы…» — меня передёрнуло от вида их размалёванных лиц и несвежих нарядов.

Дрозд по-хозяйски плюхнулся за столик на улице, придвинул к себе засаленное меню с расплывшимися чернилами:

— Водки! Триста грамм! — рявкнул так, что ближайшие посетители вздрогнули.

Я же окинул взглядом заведение. Даже воду здесь страшно пить. Кто знает, откуда её берут… Капитан вопросительно глянул на меня, на что я только помотал головой.

К столу подплыла официантка, покачивая бёдрами, как корабль на волнах. Судя по томному взгляду и декольте до пупка, после полуночи она меняет профессию. Рыжие кудри взгромождены на голове подобием Вавилонской башни, губы намалёваны алым, а глаза подведены так густо, словно она подралась с трубочистом.

Особа поставила перед Дроздом запотевший графин, задержав руку на столе дольше необходимого. Подмигнула капитану, сверкнув густо накрашенными ресницами. Тот ответил тем же, попутно разглядывая её формы, обтянутые платьем, явно рассчитанным на фигуру поменьше размером. А потом опрокинул пару стопок залпом, даже не поморщившись. Привычка или нервы? Мужик вытер рот рукавом заляпанного плаща и кивнул мне.

— Не понимаю, зачем какому-то придурку убивать аристократов, — произнёс я чётко и громко, чтобы слышали и в дальних углах.

За соседними столами будто выключили звук. Смолкли пьяные возгласы, оборвался женский смех, стаканы перестали звенеть. Даже самые упившиеся замерли с поднятыми рюмками. Значит, знают, что бывает с теми, кто открывает рот? Интересно, как этот головорез выявляет своих жертв? Пытает свидетелей? Следит?

Ночные бабочки прижались к стене плотнее, словно пытаясь в неё врасти. Официантка, только что строившая глазки, юркнула за здание.

— Трус, нападающий на слабых, — продолжил я, намеренно повысив голос. — По-любому простолюдин, завидующий статусу. Ничтожество, которому только и остаётся, что резать беззащитных! И это я вам заявляю как глава рода Магинских.

Выдал максимум оскорблений. Должно зацепить такую гордую тварь. Да и самому любопытно, как он выйдет на меня. А я с ним очень хочу побеседовать. Ублюдок украл мои деньги! Мои! Даже руки зачесались от желания придушить эту мразь.

Дрозд покачал головой, разливая остатки водки:

— Ты или очень храбрый, или очень глупый, — пробормотал он, косясь на притихших посетителей.

Торгаш, который заигрывал с девицей в розовом, торопливо бросил монеты на стол и засеменил к выходу, придерживая шляпу. Жандарм у стены сделал вид, что очень занят своим стаканом.

— А может, он и правда дурак? — громко продолжил я, наслаждаясь произведённым эффектом.