Двойник Короля 10

С палубы доносились редкие окрики матросов, готовящих судно к плаванию.

А я лежал, глядя в потолок, и пытался понять, куда занесла меня судьба на этот раз. Рукой потрогал шрам на губе, оставшийся после аварии.

Прокрутил последние события в голове: нападение, засада, гибель охраны, мать перевёртышей, ассасины… У любого другого на моём месте уже давно случился бы нервный срыв, но только не у того, кто пережил 665 покушений в прошлой жизни. Эта часть моей судьбы уже стала рутиной.

— Ассасины, значит? — произнёс вслух, прощупывая слово языком.

Раньше я думал, что это просто турецкие тени — аналог наших элитных убийц императора. Но суть не меняется: личные палачи местного правителя. Чёрная работа, которую официальные власти предпочитают не замечать.

В этом турецкий султан похож на нашего монарха. Может, они друзья? А если так, то почему оба хотят от меня избавиться?

Мозг продолжал анализировать. Возможно, они пытались сорвать мирный договор? Но это бред чистой воды! Если бы правители не хотели мира, то просто не пошли бы на переговоры. Один не стал бы настаивать, а второй бы не заставлял. Тут есть что-то другое. Что-то, чего я не вижу или не понимаю.

Допустим, меня или турецкого посла убивают… Что дальше? Страны продолжают войну, Ростовский получает возможность использовать свой козырь и приобретает больше земель. Громче звучит победа, выше — положение при дворе. Но это явно не то, чего хочет наш император. Иначе зачем останавливать своего брата на пороге триумфа?

Снова бред. Значит, дело в чём-то ещё. Что-то происходит за кулисами большой политики, что-то, чего мне пока не видно.

Я ожидал проблем при дворе султана. Подковёрных интриг, закулисных сделок, ядов в бокалах вина — всех прелестей высокой политики. Но такое грубое, прямолинейное нападение… Нас могли прикончить ещё в Бахчисарае. Да что там! Могли просто объявить бея предателем, а меня — шпионом, и всё. Зачем такие сложности?

Потёр лицо руками. Нос ещё болел после удара об пол машины. Ладно, пока оставим эту проблему на потом. Сейчас нужно разобраться с двумя другими вопросами — более насущными.

Закрыл глаза и мысленно нырнул в пространственное кольцо.

«Сукка!» — позвал я мать перевёртышей.

Изольда появилась в моём внутреннем зрении. Она сидела на краю кровати, скрестив стройные ноги. Синее платье, которое я ей дал, выгодно подчёркивало фигуру. В нём мать выглядела почти по-человечески, не как смертоносное чудовище, а как обычная женщина. Волосы, вымытые и расчёсанные, струились по плечам чёрным водопадом. На губах играла лёгкая улыбка, не предвещающая ничего хорошего.

«Меня зовут…» — начала она, растягивая слова.

«Тварь, — оборвал её. — Я тебе что сказал?»

Улыбка исчезла с лица Изольды.