Небо на двоих

 – Давно, правда, верхом не ездила, но справлюсь как-нибудь.

– Как-нибудь не надо, – улыбнулся Вадим. – Но ничего, Конфета у нас дама спокойная. Шибко ее не понукай, она и без поводьев к своему овсу дойдет. Но может остановиться, травку пощипать, тогда не жалей, огрей ее камчой.

Добров подал мне плетку с петлей на рукоятке. Я надела петлю на руку и взобралась на лошадь, причем без помощи Вадима. Страха я не испытывала. Так, слегка тревожно было, потому что впереди разлеглась абсолютная темнота, лишь над головой небо казалось чуть светлее. Звезды почти затянуло тучами. Где-то глухо рокотал гром. Небо освещали редкие вспышки далеких молний.

Мы вновь оказались в лесу. Слева и справа между деревьями промелькнули и остались позади проплешины света. Видно, там тоже жили люди. И мы остались один на один с ночью. Тихо шумели деревья. В темноте серебрились колонны буковых стволов. Тропы не было видно, но лошади сами находили дорогу. Правда, моя Конфета безбожно отставала. Видно, пощипать траву или оторвать лист с придорожного куста считала делом первостепенной важности. Мне было жалко стегать ее камчой, и Вадим то и дело окриками и свистом подгонял лошадь, но ненадолго. Вдруг Добров остановился.

– Тихо, – сказал он, когда я поравнялась с ним. – Слышишь?

Я натянула поводья и насторожилась. Что случилось? В вязкой тишине трудно было что-то разобрать, кроме клацанья удил на зубах у лошадей.

– Дождь нас догоняет, – пояснил Вадим. – Надо спешить!

И я вдруг не просто расслышала – кожей почувствовала далекий гул. Показалось, к нам приближается грузовой состав. Все вокруг притихло, затаилось, даже деревья не шуршали листвой в тревоге перед надвигавшимся ливнем.

– Вперед, быстрей! – Вадим пустил своего коня рысью.

Но Конфета заупрямилась – она только принюхалась к молодой травке на обочине, и вдруг такое насилие над личностью.

– Стегани ее сильнее! – крикнул Добров и, не дожидаясь моей слабой камчи, так гикнул на лошадь, что меня мгновенно затрясло в седле. Конфета с места рванула рысью и вырвалась на корпус вперед.

– Крепче держи поводья! – крикнул весело Вадим. – А то разнесет чертовка!

Лошади шли рысью, меня все трясло и трясло в седле. Из всех звуков самыми громкими были частый и глухой стук копыт о твердую дорогу, иногда звяканье подков о камни. Казалось, пять километров никогда не закончатся. А сзади медленно и неуклонно приближался шум ливня. Вдруг яркий фиолетовый сполох озарил все вокруг – то ударила молния, а следом грянула настоящая канонада. Удар следовал за ударом, словно по гигантской стиральной доске катилась телега и подпрыгивала на ухабах. По листве застучали редкие, но тяжелые капли, упали на плечи, лицо…

– Чувствуй поводья! – снова крикнул сзади Вадим.