Жизнь на двоих

 – За истерики, ревность, за… то, что не поддерживала… Я ведь знаю, что ты прав с этим законом о передаче титулов, проблему давно пора решать, а у меня… Это просто личная обида на конкретных людей, но при чем тут все остальные…

У Арена разболелась голова от какофонии эмоций Виктории – она ощущала сразу столько всего, что он никак не мог разобраться во всем этом. В любом случае в голове звенело, а во рту появилась горечь, как всегда бывало, если он чувствовал чье-то расстройство.

Поставив эмпатический щит, император спокойно сказал:

– Не плачь. Все в порядке, я не сержусь.

Виктория посмотрела на него, всхлипнула, а потом разрыдалась, уткнувшись лицом в собственные ладони.

– Защитник, ну что ты? – простонал Арен, обняв ее, и погладил по голове. – Вик, что ты ревешь? Разве я кричу, злюсь или в чем-то тебя обвиняю?

Она помотала головой.

– Тогда почему ты плачешь? Ты либо объясни, либо прекращай.

Виктория сглотнула, убрала от лица ладони и, посмотрев на него красными глазами, тихо призналась:

– Я просто не знаю, что мне делать, Арен. Я очень хочу извиниться, я жалею, но не знаю, как… Я не понимаю, почему так вела себя… Совершенно не понимаю! А нетитулованные… Они меня унижали до помолвки с тобой, а потом стали подлизываться. Практически всем институтом! Я из-за этого и не поддерживала твой закон. Пожалуйста, прости!

Арен, задумавшись и анализируя, молчал.

Значит, вот откуда растут корни негативного отношения Виктории к неаристократам – из институтских обид. Бастарды ее отца тоже наверняка замешаны, но не настолько, как однокурсники. Он прекрасно представлял, с чем она должна была столкнуться после помолвки и свадьбы, да ему и докладывали об этом, но Арен никогда не думал, что эти обиды так глубоко проросли в Викторию. В конце концов, к нему тоже подлизывались – и аристократы, и нетитулованные – и не от статуса это зависело, а исключительно от характера конкретного человека. Арену всегда казалось, что это очевидно, но, видимо, не всем…

– Я не сержусь, – повторил он терпеливо. – И буду рад, если мы с тобой перестанем ссориться. Не плачь.

– Постараюсь, – прошептала Виктория, и, пока она вновь не начала всхлипывать, император поинтересовался:

– Я хотел обсудить еще кое-что. Помнишь, я говорил тебе, что не стал обновлять противозачаточное заклинание месяц назад. Как ты себя чувствуешь, Вик?

Жена удивилась – застыла и посмотрела на него с испугом.

– Да… я сейчас вспомнила, ты говорил. У меня… – Она нахмурилась. – Да, цикл должен начаться на следующей неделе. Если хочешь, я схожу к Тадеушу, он может сделать анализ крови, иначе пока никак не увидишь.

– Сходи в понедельник. Завтра у Тадеуша выходной, не будем его дергать, от одного дня ничего не изменится. А вот в понедельник сходи.

– Хорошо.