Двое. После

Не могла ему рассказать, потому что для меня, оказывается, ничего не было кончено.

Я бросаю взгляд на ботинки Булата, но прятать их не решаюсь. Слишком трусливо, слишком подло. Дергаю дверь и напряженно вглядываюсь в лицо Антона, упершегося рукой в стену. Его шумное дыхание доносит запах алкоголя, к счастью, не слишком тяжелый. Я ненавижу пьяных людей.

Переступаю порог и неплотно прикрываю за собой дверь, чтобы она ненароком не захлопнулась. Антон переминается с ноги на ногу, смотрит на меня в обреченностью во взгляде:

— Не пустишь? Ты не одна?

Я проглатываю ком из вины и сочувствия и встряхиваю головой.

— Так нельзя, Антон. Я ведь тебе все объяснила. Ты прочитал СМС?

— А если мне надо? Если так плохо, что я ни о чем больше думать не могу?

Одна фраза, разбивающая собой тысячи моих аргументов. Когда кому-то плохо, так хочется помочь.

— Я знаю, что тебе больно. Честно, знаю, потому что сама через такое проходила. Но СМС и совместные просмотры фильмов делают только больнее. Не только тебе, но и мне. Ты близкий для меня человек, и наше расставание тоже дается мне не просто, потому что с тобой связано так много хорошего… Каждый день получать напоминание, что я виновата перед тобой, мучительно. Пожалуйста, услышь меня.

Антон запускает ладонь в волосы, тянет их.

— Тебе больно… мне больно… Тогда зачем было расставаться, Тай?

Глаза начинает щипать. Да потому что я так не могу. Заниматься сексом с одним и представлять другого. Не могу спокойно жить, зная, что по моей вине человек может пройти мимо настоящего счастья. Где найти мужества, чтобы произнести вслух, что я не люблю его?"

"— Твоя настойчивость ни к чему не приведет. Я не кокетничаю. Я правда все решила.

— Тогда ради кого мне становится лучше? Все как будто смысл потеряло, понимаешь? С тобой все было по-другому, а теперь я просто не знаю… Понятия не имею, куда себя деть после работы.

С каждым его словом груз вины сильнее давит мне на плечи. Я не знаю, что ответить. Интуитивно чувствую, что не должна испытывать всего этого — ответственности за него и укоров совести, но все равно испытываю. Не нужно было позволять этим отношениям начаться. Моя самая большая ошибка.

— Тай… — Антон делает шаг ко мне, заставляя меня рефлекторно отступать.

— Не надо... Пожалуйста.

Интуитивно жду, когда лопатки соприкоснутся с дверью, но этого не происходит. Вместо твердости металла спина прижимается к чему-то горячему, пахнущему им.

Я замираю. Замирает и Антон.

— Вернись в квартиру, Таисия, — голос Булата, звучащий над виском, пропитан спокойствием и уверенностью, которых мне сейчас так не хватает. — Ты уже достаточно сказала.

Он несильно сжимает мои плечи и отодвигает назад, закрывая собой окаменевшее лицо Антона. Я не в силах выдавить ни слова.