Двое. После

Зачем?

— Я ухожу… — бормочу я и разворачиваюсь к выходу, до того как кабинет помутнеет у меня перед глазами.

Дергаю дверь, но смуглая ладонь, появившаяся перед глазами, с оглушительным грохотом ее захлопывает.

Я столбенею. Булат стоит прямо за мной. Давит своим присутствием, окунает в свой запах, прожигает жаром ткань рубашки. Мое пальто так и осталось лежать в кресле.

Его ладони ложатся мне на талию, разворачивают. Я сжимаюсь в комок и бешено кручу головой. Я не хочу, не хочу.

— На меня посмотри, — глухо звучит сверху.

— Зачем тебе? Скажи, для чего это все? Ты меня отпустил… И я сама… Зачем ты снова появился?

Его грудь вдавливается в мою, дыхание ранит щеку и лоб. Я выставляю локти, пытаюсь его оттолкнуть, чтобы выжить. У меня есть Антон, а он не имел права. У меня все было хорошо.

Его пальцы сжимаются на моих скулах, фиксируют. Омуты колодцев совсем близко, тянут вниз. И запах. Так много его запаха, что внутри все стонет и дрожит. Я не слабая, не слабая.

— Зачем тебе, — повторяю свою отчаянную мантру. — Зачем… зачем?"

"Невозможно ни отвести взгляд, ни пошевелиться. Булат, как и всегда, не спрашивает — просто берет. Жесткость щетины задевает мой подбородок, его запах касается губ. Мое «После» валится навзничь и стремительно мчит назад, в прошлое, где я умела чувствовать так. Оказывается, я ничуть не изменилась — такая же слабая, как и полтора года назад. Схожу с ума от его близости, теряю мысли, с ног до головы покрываюсь мурашками, дрожу.

Булат толкает меня в себя. Требовательно, не сомневаясь, как делал всегда.

— Зачем? — рвано выдыхаю ему в губы.

Его ладонь ныряет мне в волосы и сжимает, отчего заколка с дребезжащим звуком падает на пол, рот жадно раздвигает мой.

— Слишком много после себя оставила.

18

Эмоций во мне слишком много, их тяжесть валит с ног. Это поэтому я так отчаянно вцепляюсь в его плечи, поэтому льну к нему всем телом. Наш поцелуй — высоковольтный импульс, поданный к затихающему сердцу. Разряд — и кровь уже несется по венам горячим напором, перед глазами темнеет, кружится голова. Я словно перенеслась в другую вселенную, где время течет по-другому: здесь одна минута близости с ним длиной превосходит весь прошлый год.

Моя кожа — приемник с идеально настроенной чувствительностью. Я ощущаю прикосновения так остро, что тело каждый раз вздрагивает и искрит. Булат обхватывает рукой мою шею — спина покрывается мурашками, сжимает бедро — из легких вырывается стон. Целует — и я тоже целую его, жадно впитывая все, что он мне отдает и без сожаления отдавая все, что забирает. Он неделикатный, требовательный, голодный: проталкивает колено мне между ног, скользит ладонью по бедру, задирает юбку.

Я, недавняя закоченевшая снегурочка, сейчас сгораю заживо.