Двое. После

Сердце под ней пружинит гулко и учащенно. Ну что с тобой, малыш? Нельзя так реагировать на любое упоминание о нем. Булат косвенно связан с Антоном и так или иначе будет появляться в моей жизни. И что с того, что они играют вместе в покер? Антон не принесет на себе его запах, не заговорит его голосом. Проблема лишь в твоей голове.

Я перезваниваю Антону несколькими часами спустя, когда игра точно должна закончиться. Для чего? У меня нет ответа. Про покер я точно не стану его спрашивать.

— Ты спишь?

— Нет еще, — в голосе Антона нет привычной мягкой шутливости, он кажется подавленным, или скорее, уставшим. — Как работа?

— Нормально… Заездов почти нет.

— Справка завтра будет, не волнуйся. И это… пока не забыл: в четверг нас пригласили на открытие гостиницы, которую мы с отцом строили. Ты же со мной пойдешь?

Я разглядываю блестящий набалдашник пресс-папье, пока в памяти проносится черно-белый текст из интернета: Гранд-сьютс на Петровке. Скоро открытие.

— Да, — шевелю стремительно слипающимися губами. — Да, пойду.

10

— Точно не слишком? — глядя на свое размытое отражение в автомобильном стекле, я нервно подтягиваю бретельку вверх. — Грудь не слишком открыта?

Рука Антона касается моей поясницы и успокаивающе ее поглаживает."

"— Выглядишь обалденно, Тай. Все, как надо.

Платье, надетое на мне — произведение искусства. Длиной в пол, из тончайшего кружева, расшитого пайетками. Это подарок Антона, от которого я пыталась отказаться. В моем гардеробе из жизни «До» и так хранится слишком много неприлично дорогих нарядов, а к шоппингу я совершенно охладела. Согласилась на покупку только потому, что Антон очень настаивал. После того непростого разговора он чувствует себя виноватым и старается быть вдвойне ко мне внимательным. Вчера, например, принес Банди пищащую резиновую курицу, которой тот уже успел отгрызть хвост.

«Гранд-Сьютс» оправдывает свое величественное название — здесь впечатляет все. От внушительной золотой вывески, украшающей гранитный фасад, до встречающего портье в красной ливрее. Теперь к волнению от предстоящей, пусть и мимолетной, встречи с Булатом, примешивается новое чувство: гордость. За то, что в бизнесе у него все прекрасно, что он не останавливается на достигнутом и что его новый отель настолько красивый, что запросто может позволить себе размещать знаменитостей. Пусть успех Булата никак меня не коснется, сейчас я искренне радуюсь, что он у него есть. Вон сколько важных людей на дорогих машинах приехали его поддержать.

— Отец уже здесь, — Антон кивает на припаркованный справа внедорожник, за рулем которого сидит коротко стриженный мужчина — очевидно, водитель. — Ждут нас в вестибюле.