Двое. После

Я никогда Булату слова про тебя плохого не сказала. Если у тебя больше нет вопросов по номерам, я вернусь к работе.

— Дура ты, блядь, — презрительно роняет он, и я вдруг замечаю, что на на манжетах его модной толстовки собрались катышки, а ногти, всегда аккуратные и ухоженные, неровные и местами под них забилась грязь. — Как-нибудь еще увидимся.

Я даже вслед ему смотреть ему не могу — настолько меня трясет. День рождения отца Антона словно открыл запечатанный шлюз, в который потоком хлынуло мое прошлое. Я презираю Фиделя, но я никогда не хотела ему навредить. Та глупая выходка была случайностью, продиктованная желанием по уши влюбленной девчонки вызвать ревность. Фиделя она не должна была коснуться.

Дальше все становится еще хуже: неожиданно меня просят зайти в кабинет управляющего отелем. За все два месяца, что я здесь работаю, это происходит впервые.

Пока я поднимаюсь на лифте, то все больше наполняюсь уверенностью, что вызывают меня из-за Фиделя. Он наверняка нажаловался, что администратор вечерней смены Тая была с ним груба, и теперь мне придется объясняться.

— Здравствуйте, Андрей… — я украдкой смотрю себе на ладонь, куда записала его отчество. — Витальевич. Вы вызывали?

Андрей Витальевич, мужчина лет тридцати пяти, которого я видела лишь в день приема на работу, отрывается от массивного черного моноблока.

— Таисия? Проходите. Надолго не задержу.

Он выглядит вполне миролюбивым, но это не мешает мне набрать в легкие воздуха, чтобы начать оправдываться. Я не для того строго блюду дисциплину, чтобы позволить Фиделю на себя клеветать. Надо будет — расскажу, что этот человек на меня зол, и он, а не я, бросался оскорблениями.

— Все наши сотрудники проходят ежегодное медицинское обследование. Вам тоже необходимо это сделать.

— Но у меня ведь есть… — я растерянно смотрю на поблескивающие стекла его очков. — Я еще в «Планете» я сдавала."

"— Следует обновить. Сохраняйте чеки на анализы — их стоимость будет возмещена.

— Это все, Андрей Витальевич? — А про себя думаю: скажи «все», чтобы мне не приходилось опускаться до оправданий.

— Это все, — его тонкий рот трогает одобрительная улыбка — К вашей работе нареканий нет. Виталина вас хвалит.

Против похвалы я не могу устоять — тоже расплываюсь в улыбке. Так приятно, когда тебя ценят. А медкнижка — сущая ерунда.

— Спасибо. И мне тоже очень нравится у вас работать. И отдельное спасибо за возможность пользоваться тренажерным залом. Бассейн просто замечательный.

Поняв, что снова много говорю, я смолкаю и начинаю пятится назад. Впереди у меня два выходных и как раз будет время сдать анализы.