Незапертая дверь

Но в моей второй части еще есть параграф, который гласит: гараж-""ракушка"", принадлежащий майору Щербине, стоит бок о бок с такой же ""ракушкой"" полковника Афанасьева.

- То есть двести процентов вероятности, что они знакомы, и знакомы неплохо, - оживилась Настя. - Теперь понятно, откуда у Афони эта информация. А третья часть?

- А третья - вот здесь, - Коротков с гордым видом полез в нагрудный карман рубашки и положил перед Настей сложенный вчетверо листок обычного формата. Мне это сегодня принесли, с опозданием на несколько дней. Занятно, да?

- Занятно, - медленно согласилась Настя, пробежав глазами несколько скупых строк. - Похоже, наш дружок Щербина об этом даже не догадывался. Ну и чего теперь делать будем? Ты к Афоне пойдешь или мне самой с ним разговаривать?

- Как скажешь, - Коротков пожал могучими плечами. - Могу я, если ты боишься."

"- Юра, я не боюсь, просто противно очень. И потом выслушивать такие вещи от зама все-таки легче, чем от рядового подчиненного. Конечно, было бы идеальным рассказать все Гмыре, пусть бы он сам объяснил Афоне, почему выпускает Ганелина. Со следователем ему спорить не с руки, следак сам принимает решения и у оперов согласия не спрашивает. Но тогда уж точно Афоня нам с тобой не простит, что мы еще кого-то посвятили в тайну его профессионального позора.

Есть мясо Настя так и не смогла, ограничилась одной картошкой, которую даже она не сумела испортить. Покончив с ужином, они еще долго обсуждали разбухающее от постоянно поступающей информации дело в ожидании звонка Сережи Зарубина.

- Может, он забыл, что обещал нам позвонить? - с беспокойством спрашивала Настя, глядя на часы. - Дело к полуночи, а от него ни слуху ни духу. В Кемерове вообще уже глубокая ночь, скоро светать начнет.

- Если забыл - убью, только сначала уволю, - спокойно пообещал Коротков. Не дергайся. Еще полчаса ждем - и спать.

Зарубин позвонил без четверти час. Голос у него был усталый, он даже не ерничал, что свидетельствовало о полном упадке сил и духа. Руслан и Яна Нильские по его просьбе вместе с ним посетили кладбище, нашли могилу Николая Филипповича Бесчеревных, но ни на какие воспоминания их эта могила не навела. Ни эта, ни другие могилы, находящиеся в непосредственной близости от нее, ни само кладбище в целом.

Личность усопшего Николая Филипповича тоже на интересные мысли не наводила. Жил, учился по мере сил, долго и тяжело болел, с тринадцати лет переведен на вторую группу инвалидности, с девятнадцати - на первую, скончался в больнице в возрасте тридцати четырех лет.