Дверь на двушку

– Так почему до сих пор не шарахнули? – спросил Сашка.

– Хороший вопрос… – отозвался Никита. – Я б шарахнул. А они чего-то тянут. Значит, приказа не было.

– За приказом далеко бегать не надо – с ними сам Тилль. Странно, что боевые ведьмы не вмешиваются… Хватило бы пары колобков, чтобы всех нас тут испечь, – сквозь зубы сказал Родион.

– Может, у них нет ведьм? – с надеждой спросила Рина.

– Тогда ведьмы не вмешиваются, чтобы не поссориться с Белдо.

– А Белдо нам что – друг? Если он не на стороне Тилля, зачем его ведьмы вообще сюда притащились? – сказал Родион. – Нет, им ведьмы нужны для другого… Небось ожидают, чтобы мы к тайнику пробились и закладки им вытащили…

Боброк оглянулся на него из полутьмы. В очках его блеснул пробивающийся из печки огонь. В отличие от Никиты и Ромы он не пытался взять в руки арбалет, будто знал уже, что до арбалетов дело не дойдет.

Потом Боброк поманил к себе Кавалерию, Родиона и Ула. Те подползли к нему и стали совещаться.

– Это безумие! Если лезть, то при самой полной луне. Но и она поможет нам только у окон. А дальше… – Боброк махнул рукой.

– Значит, ждем луны, а потом идем все вместе! – упрямо сказала Кавалерия.

Боброк покачал головой:

– Нет. Войны выигрываются не числом. Если кому-то нужно разом покончить со всем ШНыром – это, конечно, лучшее решение.

– Тогда кто идет? – спросил Родион.

– Ты идешь. Иду я. Идут Коря, Никита, Рома. Ул.

– Я иду! – сказала девица Штопочка, с вызовом взглянув на Родиона.

Боброк, успевший составить о ней благоприятное впечатление, кивнул, показывая, что лично он не против. Но Родион почему-то не слишком обрадовался:

– А тебе зачем идти?

– Да уж не для вашего тайника… Чушь это все… – презрительно отозвалась Штопочка.

– Что чушь? – вспыхнул Родион.

– Тайник – чушь! Митяй закладки в наш мир не приносил – значит, и нам не надо.

– Ты понимаешь, что такое тайник Митяя? Те закладки, что мы собираем сейчас, это как железные монетки по пять рублей. А тут вдруг – золотые слитки, – сказал Родион.

– То-то и оно. Представь, как сложно будет опять за пятирублевыми нырять после золота!

– Ну и не будем, значит! – горячо сказал Родион. – Мы приносим закладки – а что толку? Ничего не меняется. Нет уж, если преображать мир, то рывком! Мир иссох без чудес! Все тухло, скучно! Сейчас чудо – это если думали, что опоздали на автобус, а водитель колесо проколол и задержался.

Кавалерия недовольно махнула рукой, показывая, что ей все эти разговоры не нравятся.

– Я иду, – сказала она.

– И я! – сказал Долбушин. Боброк пристально посмотрел на него.