Двенадцать дней Коляды

Перевернувшись на живот, Владлен дополз до берега, зарылся лицом в снег и расплакался. Никогда в жизни ему не было так страшно и больно, никогда.

Он выдохнул, собрался, оторвал кусок рубахи и начал перевязывать руку. Рыж учил его накладывать жгут, но он ничего не запомнил. То ли над локтем, то ли под локтем… Плюнул, кое-как затянул полоску ткани и уставился на дыру, в которой сгинул Лука.

Паршивец, конечно, пытался убить его, но как жалко, как больно знать, что его больше нет. Нутро обожгла ненависть. Проклятый Светозарный не знает ни чести, ни жалости. Если они встретятся снова, он убьет его.

Владлен привалился спиной к камню и понял, что вот-вот уснет. Это плохо, надо встать, но тело отказывалось повиноваться. Он устал и истекал кровью, ему просто нужно немного отдохнуть. Совсем капельку, буквально на мгновение. На… миг…

Проснулся Владлен от едкого запаха, открыл глаза и увидел над собой полог из еловых ветвей. Было тепло, но казалось, будто его долго били головой о камни.

– Выпей.

Он дернулся, выбил из рук Луки кружку, горячая вода выплеснулась на грудь. Владлен вскрикнул скорее от неожиданности, чем от боли, толкнул Луку и прижался спиной к стенке шалаша.

– Ты! Живой! – Каждое слово выкрикивал, иначе не мог. Еще немного – и заикой стал бы. – Какого лешего?!

Рубаха на Луке была почти сухая, влажные волосы убраны за спину, выглядел он даже лучше, чем прежде. Вид у него был виноватый и затравленный, глаза прятал, смотрел в пол, в руках взволнованно вертел кружку.

– Лжец! – выпалил Владлен.

– Согласен, – хрипло ответил Лука.

– И трус!

– Не без этого.

– К хозяину-то чего не побежал, а?

Владлен задирал его на свой страх и риск – рука была примотана к груди, драться с ним он бы не смог, но удержать едкие слова никак не получалось.

– Ты не понимаешь, кто он. – Лука зачерпнул что-то из котелка. – Выпей.

– И не подумаю. Как ты выжил?

– Волкодлака нельзя убить, – напомнил Лука. – А вот ты чуть не умер.

– Твоими стараниями. – Владлен потрогал предплечье и поморщился.

– Я зализал твои раны.

– Ты – что?! – Дар речи пропал окончательно.

– Моя слюна, – Лука смутился, – обеззараживает и лечит. С тобой все будет хорошо.

– Зализал. – Владлен захихикал. – Разрази меня гром, он зализал мои раны!

Он расхохотался, от души, громко, подвывая и хлопая себя по ноге здоровой рукой. Если бы мог – заплакал бы, но не получалось."

"– Оставь меня и уходи. – Слезы на глаза все же навернулись. – Помощник, тоже мне.

– Я не могу, – просто ответил Лука. – Я теперь твой.

Владлен уставился на него в надежде, что сможет убить взглядом, но не срослось. Такую таинственность развел, что хоть помирай.

– Или объясни мне все, – серьезно сказал Владлен, – или уходи.