Две стороны одной медали

Дело в том, что еще при подготовке к первому этапу Гран-при во Франции на льду был инцидент: Маша не докрутила элемент и заехала мне локтем в лоб, я ее поймал и тут же свалился на лед в легком обмороке. Встал на колени, смотрю на руки, а у меня кровь капает со лба. Начал вставать и не могу, будто в тарелке с супом крутит. Олег меня поднял, врач посмотрела рану, подлатала, вроде бы все хорошо. Мы прошли все элементы еще раза три. На следующий день выходной, а в понедельник я проснулся от того, что болит шея. Думал, что отлежал или продуло. Приехал на тренировку, пытаюсь кататься и не могу. А в среду нам улетать на Гран-при. Я грею, мажу, делаю массаж – ничего не помогает. Сделали блокаду, чтобы в среду я смог полететь. Надели ошейник, в котором надо было постоянно ходить, снимая только на льду.

Об ударе я благополучно забыл, как и о том, что меня «продуло», но после Европы вдруг при любой нагрузке начала отекать рука. Провели множество обследований. Я полтренировки прокатываю, и все, локоть не сгибается. О выступлении на чемпионате мира принимали решение вместе с Федерацией фигурного катания. Решили, что обязательно нужно ехать, ведь нельзя было потерять квоту для российских пар. В случае, если рука опухнет, мне было разрешено остановиться для медицинской помощи. Вдобавок мне поменяли костюм – сделали более широкий рукав."

"На произвольной я все-таки вынужден был остановиться, понимая, что рука опухла. Елена Чайковская, комментируя, сказала, что я не спортсмен, другие говорили, что я слабак, не могу докатать программу, а я лишь был заложником ситуации. Мне разрезали рукав, и в таком виде я завершил программу.

Мы с Машей заняли 7-е место, конечно же проиграв Кавагути – Смирнову. Это означало, что на следующий сезон борьба за первое место в сборной будет еще более сложной для нас.

Впрочем, о следующем сезоне я пока не думал, потому что надо было понять, что происходит с рукой. Мне сделали полностью МРТ, стало понятно, что когда Маша локтем попала мне в лоб, у меня образовался обратный хлыстовой перелом. Есть такая травма, обычно ее получают в машинах при резком ударе, когда сильно дергается шея. У меня обратный перелом, потому что голова резко откинулась назад и сломался позвонок. Мне поставили позвонок на место, опять надели ошейник, и была одна надежда, что образуется костный блок. И в этот момент, как я потом узнал, Олег искал на мое место другого партнера… В пару к Маше приезжал пробоваться мой друг Жером, пока я был в больнице.

МЕЖДУНАРОДНЫЕ СУДЬИ ОТДАЛИ ПРЕДПОЧТЕНИЕ НАМ С МАШЕЙ, ПОКАЗАВ, НАСКОЛЬКО СУБЪЕКТИВНЫМ БЫЛО СУДЕЙСТВО В РОССИИ.

Глава 5

К предсезонке в Чикаго я полностью восстановился. Правда, голова влево поворачивалась с трудом, но работать это не мешало, болей не было. Можно было тренироваться.