Две руки потентата (СИ)

Из колонны вышел «Император Александр III», и встал в кильватер «Полтавы», открыв огонь по вражескому броненосцу, в то время как комендоры пристрелявшиеся броненосцев Ухтомского не собирались выпускать из своих «подранка».

«Петропавловск» с «Полтавой» долбили «Фудзи» вот уже несколько часов, методично превращая противника в развалину. Но хоть ты тресни, тот продолжал пусть медленно, но уверенно идти вперед, не обращая внимания на попадания и сам отстреливаясь. Но тут повреждения видны, а вот «Цесаревич» с «Ретвизаном» за два с половиной часа боя не добились явственных успехов, стреляя по «Микасе». Вражеский флагман словно не замечал разрывов, стойко перенося обстрел, и казался неуязвимым.

— Надо хоть одного, выбить одного, а там миноносцы добьют торпедами, — впервые в голосе командующего флотом прозвучала горечь — в первом же бою только что прибывшая эскадра вице-адмирала Скрыдлова потеряла если не большую, то лучшую половину кораблей, три из шести, из них два первоклассных броненосца. И если не будет успеха у него лично, то сам подаст в отставку — потому что потерпел поражение, потеряв три корабля. И не важно, что они старые, и команды еще «не нюхали пороха», как говорится — виноват только он сам — увлекся боем, и не оказал Вирениусу поддержку, когда два новых броненосца противника совершили маневр.

— Как только «Фудзи» выкатится из строя — нашим «французам» немедленно атаковать. И пусть князь тогда немедленно идет на сближение — у него скорость для этого вполне достаточная. Нужно отплатить за «Наварин» и «Сисой»! А пушек достаточно, чтобы отбиться от вражеских миноносцев, их у врага немного — не больше пяти, да один минный крейсер.

Пятерка эсминцев французской постройки против пяти миноносцев в 150 тонн — слишком серьезный перевес в силах не по числу вымпелов, а по силе каждого в отдельности корабля. Против трех 57–47 мм пушек Гочкиса впечатляющий набор из двух 75 мм Кане и четырех 47 мм орудий. А на японском авизо всего пара 120 мм пушек и четыре трехдюймовки. Должны справиться с неприятелем, но кто знать может, что произойдет дальше?!

— Ваше высокопревосходительство, только что радиограмма принята от вице-адмирала Вирениуса. Вот текст — «сами справимся, нельзя упускать неприятеля, нужно добивать „подранков“ не мешкая».

Другой бы обиделся за столь дерзкий ответ, ведь командующему подчиненный флагман давал иносказательный совет что делать. Но не Макаров — Степан Осипович только усмехнулся, на душе стало легче…

— Ваше превосходительство, «Адмирал Нахимов»!

На яростный выкрик флаг-офицера Вирениус обернулся, бросился к прорези и ахнул, затем выругался — мутной волной накатил страх.