Две правды и одна ложь…

Лорел подошла к черной ковбойской рубашке с серебряными клепками на плечах. Эмма хихикнула.

– Не думаю, что это твой стиль.

Лорел вернула рубашку на вешалку и с наигранным интересом оглядела витрину с декоративными пряжками. Большинство из них были в форме бычьих рогов.

– Я серьезно, твой бойкот в отношении меня затянулся, – сказала Эмма, следуя за ней по пятам.

– А по мне – то, что надо, – ответила Лорел.

– Послушай, я не знаю, зачем Тайер притащился ко мне, и…

Лорел обернулась и уставилась на нее.

– Я действительно не знаю, – сказала Эмма. – И не могу понять, почему ты так злишься, но я хочу услышать от тебя, что мне нужно сделать, чтобы мы помирились. И чтобы ты больше не держала на меня зла.

Лорел прищурилась и отступила назад.

– Теперь ты меня пугаешь. Саттон Мерсер никогда не раскаивается. Саттон Мерсер ни с кем не мирится.

Из динамиков зазвучала новая песня в стиле кантри – на этот раз о любви к старым добрым США. Лорел рассеянно схватила пару розовых ковбойских сапог и тут же поставила их на место. Выражение ее лица как будто смягчилось.

– Хорошо. Ты и правда можешь кое-что сделать, если хочешь со мной помириться.

Лорел шагнула к ней.

– Уговори отца снять обвинения против Тайера. Или скажи Квинлану, что ты сама пригласила Тайера. Тогда копам придется его отпустить.

– Но я его не приглашала! – запротестовала Эмма. – И я не собираюсь действовать за спиной у отца и врать полиции.

Лорел гневно выдохнула.

– Как будто раньше тебя это останавливало!

– Ну, я пытаюсь начать жить с чистого листа. Мне надоело, что родители сердятся на меня чуть ли не каждый день.

– Да-да… – Лорел фыркнула.

Эмма в отчаянии сжала кулаки, уставившись на ковер цвета табака. Звякнул дверной колокольчик, в магазин вошла несуразная высокая девушка в крестьянской юбке и футболке с надписью «ПОЭТИЧЕСКАЯ ДУЭЛЬ. КЛУБ КОНГРЕСС». Что-то дрогнуло в лице Лорел; очевидно, она тоже обратила внимание на футболку.

Какое-то мгновение Лорел выглядела виноватой. Но потом ее лицо снова посуровело.

– Извини, сестренка. Ничего не поделать. План уже запущен.

– Еще не поздно все отменить, – не сдавалась Эмма.

– Чтобы Саттон Мерсер отменила розыгрыш? Это на тебя не похоже. – Она прислонилась к стойке, где висели какие-то плащи из мешковины. – Но я готова заключить сделку. Ты вытащишь Тайера из тюрьмы, а я остановлю розыгрыш.

– Это несправедливо, – прошипела Эмма.

Ближе к вечеру Эмма подъехала к знакомому дому в стиле ранчо неподалеку от Каньона Сабино. Ноги ныли от изнурительного велопробега – шутка ли, больше десяти километров, да еще в гору, – кожа была липкой от пота, хотя уже сгущались сумерки и воздух остыл.