Две полоски. Залетела от незнакомца (СИ)

Перевожу: в жопу мира они не ездят.

Ну и похуй. У деда в шкафу консервация есть. Вряд ли свежак, но мне сейчас на все похуй. Траванусь, вызову скорую, пусть везут меня в больницу, пусть Василиса откачивает.

Открываю сразу несколько банок, пью вискарь, закусываю огурцами и кабачковой икрой.

Что ж так хуево, а?

Представляю, что я траванулся, а меня откачивает толстая Мария, и становится еще хуже.

Отставляю огурцы, вискарь и решительно поднимаюсь. Нет, только не Мария. А я иду спать, хватит с меня на сегодня потрясений.

Наступаю на что-то мягкое, в ногу впиваются острые когти.

— Васька, сука! — отскакиваю в сторону. Это я ему на хвост наступил. Так темно же, не видно ни хера. Надо все-таки лампочки вкрутить, а то так и ноги переломать можно.

Подсвечиваю фонариком на телефоне и вкручиваю по очереди. А из головы Василиса не идет. Засела, зараза, как заноза, сам не понимаю, почему.

Лучше бы я ее не впускал, лучше бы настоящая шлюха ко мне попала. А то чувствую себя полным гондоном, даже увиденная возле больницы сцена не помогает.

Специально прокручиваю в голове как Василиса повесилась на шею утырка с красной рожей. Как он своими ручищами ее за талию тоненькую лапал.

Что если он ее еще и трахает?

Табурет под ногами скрипит, снизу доносится требовательное мяукание.

— Подожди, Василий, не отвлекай. Еще одна лампочка осталась, — отмахиваюсь от кота. Он трется об ножки табуретки и утробно урчит.

Тянусь к лампочке, табурет подо мной трещит и заваливается набок. Взмахиваю руками, пытаясь удержать равновесие, но не получается. Со всего маху заваливаюсь на пол, Василий в последний момент успевает отскочить в сторону.

— Сукааааа!..

Руку пронизывает острая боль, от которой темнеет в глазах. Блядь, я что ее сломал?

Спокойно, Байсаров, не дергайся. Сам виноват, если в голове мысли только о больнице, скорее будет странно в эту больницу не попасть.

Дотягиваюсь до телефона, набираю номер неотложной медицинской помощи.

Это вам не доставка еды, надо отдать должное, карета прилетает практически сразу.

— У вас или вывих, или растяжением, но лучше сделать рентген, — говорит фельдшер, и меня грузят в машину.

В больнице мне делают рентген, снимок показывает вывих с растяжением.

— У вас температура, возможно на фоне травмы, — говорит доктор. — Хотите остаться у нас до утра?

«Это отравление. Консервацией...» — хочу сказать, но не могу. Проваливаюсь в темноту.

Глава 7

Василиса

Этой ночью, как назло, нет времени даже присесть.

По скорой привозят одного пациента за другим. Перевязки, уколы, рентген.

Я бегаю с первого на третий этаж как ужаленная.

Вот только к трем часам ночи нахожу минутку передохнуть.

Захожу в ординаторскую, ставлю греться чайник.