Две полоски

Аленка что-то прошептала, я не расслышал, потянулся к ее губам.

А она потянулась к моим боксерам. Дровосек бесновался, помогая Аленке срывать с меня трусы. Она обхватила его рукой, направила в себя. Он ластился к ее рукам, как котенок.

Я внезапно осознал, что нам не нужны презервативы.

О, боги! Это будет ошеломительно!

Дровосек от этой новости сошел с ума окончательно. Он голым ринулся в манящую тесную норку, офигевая от обострившихся ощущений. Аленка была влажной, горячей, восхитительной. Я пытался быть осторожным, не впечатывать ее в кровать, не пронзать насквозь, не пускать дровосека слишком далеко, хотя он, конечно, хотел влезть по самые гланды.

Я боялся навредить, хотя и читал, что секс во время беременности не опасен. Но, может, те кто писал, не учли внушительных размеров моего железного дровосека!

Аленка стонала, уткнувшись мне в шею, царапала ногтями мою задницу, шептала мое имя...  Я еле держался! Честно говоря, дровосек даже удивил меня своей стойкостью. Я думал, он не продержится и минуты, разрыдается, как мальчишка. Но он намотал сопли на кулак, стиснул зубы и трудился, как шахтер в забое.

И все же первый раз был недолгим. В ту же секунду, как Аленка вскрикнула, запрокинула голову назад и забилась в сладких конвульсиях, дровосек дал себе волю, устроив внутри нее настоящий потоп.

Я сжимал Аленку в объятиях, содрогался вместе с ней и чувствовал себя самым счастливым дровосеком… человеком на свете!

***

Алена

Конечно, я не думала, что на этом все закончится. Но я хотела хотя бы небольшой передышки!

Несколько минут назад я умирала от желания, я сама стянула с Мирона  боксеры. А сделать это было непросто, потому что его железный друг торчал, как ракета на старте. И я мечтала, чтобы эта ракета оказалась внутри меня.

Мои мечты немедленно сбылись, все завершилось грандиозным взрывом с яркими вспышками перед глазами и фейерверками внутри меня.

А сейчас… сейчас я в нирване. Все тело расслаблено настолько, что я не могу даже моргать. Хорошо хоть получается дышать! На меня навалилась блаженная тяжесть. И Мирон.

Мне хотелось лежать так вечно…

Но Мирон начал проявлять активность. Гладил меня по попе, жарко пыхтел в макушку, прижимался ко мне все увеличивающимся в размерах орудием.

- Давай немного отдохнем, - пробормотала я.

- Я бы с удовольствием, но железный дровосек…

- Кто?

- Железный дровосек.

Мирон отстранился от меня, перевернулся на спину, и, тряхнув бедрами, продемонстрировал танец торчащего вверх  огромного члена.

Когда я поняла, что он называет свой член железным дровосеком, на меня напал приступ смеха.

- Нет, ну он, конечно, похож, - хохотала я. - У него железная голова и нет сердца!

- Тс-с-с! - Мирон приложил палец к губам. - Не смейся над ним, он обидится!

Мне стало еще смешнее.