Две полоски. Двойная ошибка

– Вот же сука… Сними все это с себя.

Моя блузка летит на заднее сиденье, Шахов легко усаживает меня на себя, опуская лямки лифчика, сжимает грудь, лижет и покусывает соски. Чувствую, как теку, как намокает белье. Веду бедрами, трусь о его возбужденный член.

– Расстегни, расстегни брюки, не могу больше.

Голос и просьба бьют по нервам, кусаю губы, пока пытаюсь расстегнуть ширинку Клима, он в это время рвет пуговицы на моих брюках.

– Подожди, неудобно… Клим…

Впервые обращаюсь к Шахову по имени, замираю, смотрю в глаза, в них столько дикого желания и… чего-то еще, не пойму. Мне их хорошо видно, вокруг нас город, какой-то двор, фонари, деревья.

– Не бойся, – трогает пальцами волосы нежно.

Улыбка, в зрачках вспыхивает огонь. Эмоции на лице меняются за доли секунд. Наклон, щелчок, кресло двигается назад, меня поворачивают спиной. Сдирает одним движением брюки вместе с бельем, упираюсь руками в приборную панель, грудью – в руль. Пальцы накрывают промежность, шорох, Клим матерится.

– Иди ко мне, сука, проклятый автомобиль, надо было идти на заднее сиденье. Какая же ты горячая, иди сюда, да, вот так.

Мной управляют, насаживают на член, опускаюсь на него со стоном, принимая практически полностью. Клим тянет на себя, ложусь спиной, горячие крупные ладони накрывают грудь.

– Двигайся… двигайся, малышка… двигайся, – шепот, укус мочки, пальцы оттягивают сосок, и я двигаюсь.

Салон автомобиля наполняют мои стоны, тело покрывается испариной, член растягивает изнутри, руки мужчины ласкают, а я растворяюсь в этом порочном акте.

Воздух становится густым и тяжелым, между нами искрит, еще немного – и рванет, накроет, что-то невероятное сметет, и мы рассыплемся на миллион осколков.

– Не могу больше… Клим… Не могу… Да-а-а-а…

Запрокидываю руки, хватаюсь за шею мужчины, насаживаясь сильнее, понимая, что мне нужно совсем немного, еще пара движений до моего оргазма. Клим хрипит, поворачивает мое лицо к себе, дышит в рот, кусая губы.

Кончаю, мышцы сжимаются в болезненных спазмах, тело не подчиняется разуму, дергаюсь, Шахов держит. Его член стал еще больше, понимаю, что он следует за мной, целует, громко стонет, глотая мои крики, глуша поцелуями.

– Твою же мать… сука… Сдохну сейчас… Всегда мечтал о такой смерти. Но придется это сделать вместе с тобой, малышка.

Не знаю, что говорить, сил нет совсем, просто лежу на груди мужчины. Отдалась в машине мужчине, которого вижу третий раз в жизни. Хорошо, что он еще один, без Марка. Да о чем я вообще думаю?

– Хочу не выходить из тебя.

Хорошо, что Шахов надел презерватив, сейчас со стекающей по бедрам спермой было бы сложнее. Сажусь на свое место, натягивая брюки, пытаюсь отдышаться, чувствуя взгляд мужчины.