Две могилы

Коммунальные услуги, естественно, не включены. Вам придется платить за уголь для камина. Но здание так прекрасно спроектировано, что обогрев вам может и не понадобиться.

— Мм, — протянул Фелдер.

Ему очень не хотелось здесь замерзнуть.

— Спальня и ванная наверху, кухня сразу за прихожей. Хотите взглянуть?

— Нет, пожалуй. Спасибо.

Женщина огляделась с неподдельной гордостью, словно не замечая пыли и грязи вокруг.

— Я очень придирчиво выбираю тех, кого пускаю в свой дом. Я не потерплю никакого разгула и лиц противоположного пола. Это исторический памятник, и, кроме того, я обязана хранить доброе имя моей семьи. Уверена, что вы меня понимаете.

Фелдер рассеянно кивнул.

— Но вы мне кажетесь порядочным молодым человеком. Возможно — посмотрим, как все сложится, — я буду в определенные дни приглашать вас на чай к себе в гостиную.

В гостиную. Фелдер вспомнил рассказ смотрительницы музея о том, как делегацию из Гарварда не пустили даже на порог. Несмотря на предложенную приличную сумму.

Тут он заметил, что мисс Винтур выжидающе смотрит на него.

— Договорились? Видите ли, я никуда не выхожу из дома по состоянию здоровья. Пять тысяч в месяц и коммунальные услуги.

Фелдер с удивлением услышал, как кто-то — неужели он сам? — отвечает:

— Хорошо, я согласен.

22

Д’Агосте довелось повидать в жизни немало дерьма, и он никогда не забудет те два расчлененных трупа из Уолдо-Фоллс, штат Мэн. Но то были еще цветочки. А сейчас он стоял на месте самого кровавого из всех этих действительно ужасных убийств. Обнаженное тело молодой женщины лежало лицом вверх, отрезанные конечности изображали стрелки часов, лужа крови растеклась во все стороны тонкими ручейками, как солнечная корона, а другие вырезанные органы были выложены в круг, обозначая границы этого чудовищного натюрморта. А еще здесь был палец ноги — лишний палец ноги, — заботливо положенный на лоб жертве.

И вдобавок ко всему на животе жертвы кровью была выведена надпись:

«Тебе водить!»

Судмедэксперт, следственная бригада и фотограф провозились здесь несколько часов, закончили свои дела, собрали улики и ушли. Теперь настала его очередь — его и Гиббса. Д’Агоста вынужден был признать, что тот умел терпеливо ждать. Он не размахивал своим жетоном и не расталкивал всех локтями, как поступали другие агенты ФБР. В последнее время руководство криминального бюро разработало правила поведения старших офицеров, присутствующих при осмотре места преступления, в которых им запрещалось вмешиваться в работу специалистов. И д’Агоста относился к этому крайне серьезно.