Две могилы

Откуда-то сверху донесся недовольный голос мисс Винтур:

— Ради всего святого, Дакчак! Продолжай веселиться, только не надо так шуметь!

Прихрамывая, но стараясь двигаться как можно быстрее, Фелдер миновал темную кухню. Внизу продолжал выть обезумевший от боли Дакчак, но сюда его вопли долетали уже приглушенными. Повозившись немного с замком, доктор открыл входную дверь. Не обращая внимания на боль в сломанных ребрах и ушибленной ноге, он продрался сквозь окружающие особняк заросли к сторожке, схватил чемодан и ключи, а затем захромал к своему «вольво», сел в машину, включил мотор, вырулил на Сентер-стрит и на полной скорости помчался прочь от этого ужасного особняка.

63

В тропическом лесу все так же властвовала ночь. Над толстыми стволами деревьев и цветущими орхидеями плыл туман. Пендергаст вернулся туда, где оставил Эгона, и вскоре отыскал следы его неуклюжих перемещений: сломанные ветки, оборванные листья, отпечаток ботинка на поросшей мхом земле. Определив направление, Пендергаст быстро двинулся по следу, пока не услышал голос провожатого. Тот все еще блуждал по лесу и громко выкрикивал его имя.

— Я здесь! — отозвался он и помахал фонариком. — Здесь!

— Куда вы подевались? — с недовольством и подозрением спросил Эгон, подойдя к нему.

— Это я у вас хочу спросить, куда вы подевались? — сердито проворчал в ответ Пендергаст. — Черт побери! Я дал вам четкие инструкции, и вы их не выполнили! Из-за вас я заблудился и плутал по лесу несколько часов, вместо того чтобы искать Королеву Беатрис. Мне придется сообщить мэру о вашем поведении.

Как он и рассчитывал, Эгон, воспитанный в традициях строгой дисциплины и подчинения старшим, тут же испугался.

— Прошу прощения, — промямлил он. — Но вы так быстро побежали, а потом исчезли…"

"— Хватит оправдываться! — продолжал отчитывать его Пендергаст. — Ночь пропала даром. На этот раз я вас прощаю, но больше никогда не теряйте меня из виду. Меня мог растерзать ягуар, проглотить анаконда. — Он остановился, чтобы перевести дух и успокоиться. — Давайте вернемся в город. Покажите, где меня решили поселить. Я должен поспать хотя бы пару часов.

Грязные и промокшие, они вошли в город на рассвете, когда краешек солнца показался над краем кратера, окрашивая облака в нежно-коралловый цвет. Как только его лучи коснулись мостовой, улицы зажили своей обычной, выверенной по часам жизнью: открылись двери, задымили трубы, заспешили куда-то прохожие. Только остров посреди озера оставался все таким же мрачным и зловещим, из-за его стен по-прежнему доносился непонятный механический шум.

Проходя по оживленным улицам, Пендергаст снова, теперь уже с содроганием, отмечал, что ему знакомы лица многих из этих красивых и деловитых людей.