Двадцать (СИ)

Мы потом можем ей отдать если ты так не хочешь у нее брать. Потом. Когда тебя отпустят полностью. Жень, пойми, нам без этих денег никак нельзя.

- Заткнись! Просто чтоб я тебя не слышал! Просто заткнись и ничего не говори!

У меня в голове не укладывалась как она к Лене ходила, как шантажировала ее, как давила. Что сказала тварь!

- Я платье посмотрела… и дату и…

- Не будет свадьбы я сказал!

- Но как? Ты же…

- Все! Не будет. О ребенке буду заботиться, денег давать. А теперь уходи.

- Ты же обещал ты же… из-за нее что ли? Из-за старухи этой?

- ЗАТКНИСЬ И УЙДИ! Пока я не сделал то, о чем пожалеем мы оба. Просто на хер уйди, Аня!

- Ты не можешь со мной так! Я этого просто не оставлю! Понял? Я не буду молчать! Я!

- Пошла на х*й! ВОН!

Вытолкал ее из дома, захлопнул дверь и сполз по стенке на пол. Твою ж мать. К Лене она ходила, денег взяла. Сука. Жениться на ней хотел. На ком? На падали такой же, как и ее мамаша. Сигарету в рот сунул, закурил сидя на полу. Трясет всего от ярости. Дергает. Надо Лене деньги отдать.

Лена…Думаю о ней и скулы сводит, кости ломить начинает. Так увидеть хочется. Многое отдал бы чтоб прямо сейчас здесь оказалась в этом доме. Как когда-то. Чтоб с матерью на кухне шептались, готовили что-то, жарили и меня к столу звали. А я шампанское им в бокал наливал бы и смотрел на Лену. Как блестят ее глаза, как влажные губы облизывает кончиком языка и волосы непокорные поправляет. Увидеть хочу. И пусть все к черту катится. Увидеть один раз.

***

Узнал, что у дочери сейчас живет. Какие-то проблемы с домом. Попытался подробней, но пока тяжело доставать информацию. Если правильно понимаю муж там что-то намутил с наследством и с домом. Кажется…кажется Лене ничего не осталось. Подробностей пока не знал, но я узнаю. Время возьмет, но узнаю. И эта сука еще у нее деньги забрала. Мразь. От одной мысли, что ребенка от меня ждет начинало тошнить. Потом снова мысли к Лене возвращались и крышу рвало.

Я следил за ней. Выслеживал как она идет к двери, как входит в подъезд. Выбросил окурок и ринулся следом. Прежде чем дверцы закрылись просунул ногу, не давая захлопнуться. Увидела меня и вскрикнула. Красивая, немного осунувшаяся, бледная, оттого глаза еще ярче кажутся, еще больше. Такие чистые, прозрачные и губы ее полные манят. Она их облизывает и меня всего колотить начинает.

Я шагнул вперед и силой придавил ее к себе. От тоски, от голода по ней, от адской несправедливости меня буквально оглушило возбуждением. И ее запах, он свел меня с ума, ворвался мне в поры кожи, впитался в них и запульсировал в венах.

- Я не виноват! – рыкнул на нее и схватив за талию впечатал в стену лифта, нашел кнопку «стоп».