Два сына для сурового папы

Глава 42

Глава 42

Марат

Выхожу из спальни Аси и понимаю, что это самое правильное решение, которое я принял за последние несколько дней.

Нельзя мне сейчас находиться рядом с ней. Сорвусь.

На сердце творится такое, что словами не передать. Годами тренированное чувство самоконтроля трещит по швам. Я и так уже готов кинуться на первого встречного.

Если бы не недавно перенесенная операция, то давно кому-то кулаком заехал.

Но сейчас сил нет. С трудом ногами передвигаю. Еле иду.

От слабости мушки в глазах, отдышка как у старпера после подъема по лестнице на двадцатый этаж. Теперь, кажется, я понимаю, что испытывают курильщики со стажем при длинной пробежке.

Жесть вообще!

Ранение, причиненное Макаром, еще долго будет аукаться. Мне потребуется не месяц и не два, чтобы полностью после него восстановиться.

Прийти в привычную форму будет очень тяжело.

Мой бывший друг знал куда бить. Так, чтобы если и выжил, то от последствий страдал всю свою жизнь.

Мак истинный профи. Если ударяет, то точно в цель. Он не промахивается. Никогда."

"До сих пор не представляю, как в принципе смог выкарабкаться. У меня был единственный шанс их трехсот.

И я его не упустил.

Великая удача. Иными словами не скажешь!

Я прошел уже большею часть расстояния от спальни до кабинета, но понимаю, что дальше не смогу сделать ни единого шага. Силы стремительно покидают, колени подкашиваются. Шумно дыша сажусь на ступень.

Такое чувство, что к каждой моей ноге привязали по тридцати килограммовой гире, заставили пройти пару-тройку километров, а потом отпустили. Меня не на шутку трясет.

Прислоняюсь головой к стене, закрываю глаза. Чувствую, как дрожь прокатывается по телу.

Хреново.

Восстановиться бы чуть сильнее, но времени нет.

Вика у Ахметова, счет идет на минуты. Нужно действовать немедленно, если мы хотим успеть вытащить девчонку до того, как гавнюк распустит свои лапы. И испоганит ей всю оставшуюся жизнь.

Уверен, пока еще он держит не цепи своего зверя. Асю ждет, не хочет распыляться.

Нахрен! Вставать нужно! Я не имею права рассиживать здесь, пока моя семья под угрозой!

Делаю попытку подняться. Прилагаю титанические усилия, сквозь сжатые до скрежета зубы рычу.

Не получается. Ноги не слушаются, руки трясет так сильно, что я не могу справиться с дрожью.

Твою мать!

— Брат! Почему сидишь здесь? — встревоженный голос Давы раздается над ухом.

— Помоги мне встать, — прошу пересиливая слабость. — Один не дойду.

Давид в тот же миг помогает мне подняться, поддерживает с одной стороны. Делаем пару шагов и я понимаю, что без брата не смогу и шага ступить.

Одной рукой держусь за Даву, второй за стену. Медленно, но верно, движемся вперед. Слабость просто капец, взять верх над ней уже не выходит. Меня в очередной раз пробивает на пот.