Два дня

* * *Лицо, шея и грудь Хьюстона были испещрены пятнами крови от первых трех выстрелов. Три последние, угодившие ему в грудь, оставили более крупные раны, из которых в унисон с медленным биением его сердца выплескивалась алая кровь.

Встав рядом с ним на колени, Демарко положил руку на голову Хьюстона. Писатель лежал с широко распахнутыми глазами, вперив взгляд вверх, в густую белизну тумана. Его руки были сжаты от боли, а губы кривились в легкой улыбке.

– Ты очень умный человек, – сказал ему сержант.

Хьюстон не подал никаких признаков, что слышит его. «Он сейчас где-то совсем в другом месте», – подумал Демарко. Возможно, уже со своей Клэр и детьми. Возможно, смотрит, как они, взявшись за руки, подходят к нему.

– Эй, ты что, не видишь – я истекаю кровью, – окликнул сержанта Инман. Но Демарко не проявил к нему никакого интереса. Его волновало в этот момент только искусство умирать, демонстрируемое бывшим писателем, которым он так восхищался. И сержант сидел рядом с ним тихо-тихо до тех пор, пока Хьюстон не перестал дышать и не замер неподвижно, улыбаясь. Уже далеко от галечного берега.

Только тогда Демарко переключил свое внимание на убийцу. У своего колена он заметил нож Инмана, оставленный там Хьюстоном. Инман все сильнее клонился вперед, а его тело сотрясала жестокая дрожь. По его толстым рукам, от подмышек до локтей, тянулись резаные раны. Порезы виднелись и на внутренней стороне его бедер. Джинсы и серая футболка Инмана были залиты кровью. А к его локтям были привязаны цементные блоки из гаража Демарко.

Сержант улыбнулся. Как будто ему передалось спокойствие Хьюстона. Ему уже не нужно было никуда спешить. И не нужно было ничего важного делать.

– Этот ублюдок получил по заслугам! – рявкнул Инман. – Чертов псих…

– Кто – он? – переспросил Демарко.

– А то кто же! Глянь, что он со мной сделал.

Демарко оценил ситуацию. Одежда Инмана была мокрой по грудь. Одежда Хьюстона тоже. В зеленой воде за спиной Инмана вихрилась густая лента вспученного ила. Но следов волочения его тела к воде не было.

– Поправь меня, Карл, если я ошибусь. Он наставил на тебя револьвер и заставил войти в воду, так?

– Ты что, не видишь? Я же околеваю от холода!

– Вот ответишь на мои вопросы и тогда сможешь выйти из воды.

– Ладно, хрен с тобой. Так и было.

– Хьюстон привязал к твоим ногам блоки уже в воде?

– Нет, раньше. А потом заставил меня тащить их там, еще на берегу.

– И именно тогда он тебя порезал?

– Приставив этот чертов револьвер к моей голове!

– А загнав тебя в воду, Хьюстон положил револьвер на этот небольшой валун, вернулся на берег и сел там. Так было дело?

– Я же тебе говорю, коп! Он совершенно свихнулся. Он что думал – я не дотянусь до пушки? Нет же, уселся там молча и уставился на меня, ухмыляясь.