Два дня

Я могу болтать до посинения, а она не проронит ни слова.

Они еще немного помолчали.

– Вы до сих пор носите обручальное кольцо, – заметил Хьюстон.

– Никто из нас не подавал на развод. Даже не заикался об этом.

– Значит, надежда еще есть.

После этих слов молчание продлилось дольше. Наконец Демарко поднялся:

– Пожалуй, вы правы насчет двора. Нужно вытащить газонокосилку.

Теперь встал и Хьюстон.

– Лично мне нравится естественный вид."

"Демарко улыбнулся. Он еще немного поглядел на дорожку, а потом обернулся к Хьюстону:

– Спасибо за хот-доги и книгу. И вообще… за то, что зашли.

Снова повернувшись к крыльцу, Демарко нагнулся, чтобы заполнить руки пустыми стаканами и кувшином.

– Оставьте коробку тут, – сказал он Хьюстону. – Мусорный бак у меня в гараже.

Хьюстон наклонился к Демарко и легонько стукнул его кулаком по плечу.

– Не пропадайте.

– Куда же я денусь?

Хьюстон улыбнулся и, обогнув дом, вышел на тротуар к своей машине.

Только после того, как он вымыл кувшин и стаканы, скомкал картонную коробку из-под хот-догов и вдавил ее в переполненный мусорный контейнер под раковиной, Демарко взял в руки подаренную книгу. И открыл ее на титульном листе.

Моему новому другу Райану Демарко, – написал на нем Хьюстон синими чернилами. – Это мой скромный подарок Вам в знак признательности – не только за предоставленную Вами информацию, которую я не мог бы найти в интернете, но и за то удовольствие, которое я получаю от общения с Вами. Пусть печаль в ваших глазах скорее развеется, мой друг, а запасы наших сосисок никогда не иссякнут.

Все это было летом… А теперь стоял октябрь, почти Хеллоуин. Последней изданной книгой Хьюстона стал мировой бестселлер, вышедший в середине сентября. Его прекрасная семья лежала сейчас на холодных стальных столах под холодными белыми простынями. Сам Хьюстон скрывался где-то в темном, глухом лесу. А у Демарко пропал всякий аппетит не только к хот-догам, но и к любой другой пище.

Глава 6

Патрульные прочесывали лес меньше часа, когда рация Демарко подала сигнал вызова. Сержант прошел вперед, но остановился от остальных полицейских достаточно близко, чтобы, поглядывая через плечо, видеть кинологов. Те шли четырьмя подразделениями, растянувшись в ряд и держась друг от друга на расстоянии двадцати ярдов. В усиливающемся, но все еще косом и рассеянном свете собаки передвигались так резво, насколько позволяли им поводки. Водя носами по выстланной листвой земле и пригибаясь к ней своими мускулистыми телами, они настойчиво трусили вперед по петляющим тропам. Но ни одна из собак пока не учуяла искомого запаха. Время от времени патрульные раскрывали пластиковые пакеты и разрешали своим питомцам сунуть в них морды.