Два билета туда

Работаешь тут, пашешь, в свое личное время преступников задерживаешь, убиваешь, спасаешь заложников, а тебя как мордой по столу. Из-за чего? А просто так. Денег выплатят теперь кому-то. Ну так премия и так положена. Из своего кармана, что ли, Штумпф ее заплатит? – вспылил я.

Илья что-то еще говорил мне вслед, типа ну не расстраивайся, все наладится, но я уже пошел на выход. Отстранили, так отстранили. Подумаешь, на Славу убитых записал. Из-за каких-то четырех тысяч премиальных живьем съесть готовы. А вот то, что если бы не мы и, в частности, Слава со своим борделем, то эти девки сейчас бы в трюме гнили, вот это никому в голову не приходит. И Слава, кстати, может, завалил и всего одного, но в драку из-за них полез, а гражданское лицо и вообще охламон.

На выходе из управления стояли четыре женщины. Блондинка, та самая заложница, и с ней еще трое. Я хотел пройти мимо, но они сразу подбежали ко мне.

– Товарищ Новиков, товарищ Новиков, – затараторила одна, блондинка, спасенная Бариновым заложница.

Я остановился и посмотрел на них. Поблагодарить хотят? А я вот не против. Хоть кто-то мне благодарен. А то одни проблемы от этого геройства.

– Понимаете, тут такое дело… По-русски никто не говорит, денег и документов нам не дали, сказали, туморроу, завтра то есть. Ваш товарищ забрал нескольких из наших, а мы вот тут. – Она показала на своих подружек.

– Там девчонкам сказали ждать, сейчас, наверное, в общагу отвезут. А мы подумали, вы нам тут подскажите, куда, что, а мы бы потом деньги отдали, нам завтра выплатят, – вставила пять копеек стоящая рядом брюнетка, худенькая, с острым носом, в спортивном костюме «Абибас» белого цвета.

– А мы тут кроме вас никого не знаем, помогите нам, а? – жалобно проблеяла третья.

Тоже блондинка, но не такая яркая. В рубашке с коротким рукавом и в шортах. Но шорты до колен, неэротические. Правильно, Слава самых раскованных отобрал, а эти хотя и тоже очень ничего, но явно проигрывают во внешнем лоске. И ведут себя скромнее. Точно работать официантками или домработницами ехали. Хотя худенькие и все формы при них. Но только формы под походной одеждой спрятаны. А мне бы в квартире убраться. И у Вагона там пылищи немерено. И Слава там еще намусорил.

– У меня тут квартира свободная. Ну, как свободная, одна комната, – начал я.

Четыре пары горящих глаз уставились на меня, и я продолжил:

– Но комната отдельная. И там хозяйка хорошая, по-русски понимает. Если вам деньги выплатят, можете там и снимать тоже, места есть, – решился я. А что, пусть живут. Пусть приготовят мне что-то. На край договорюсь с Розой, еще на этаже комнату сниму. Деньги есть, а скоро благодаря им еще будут. – А без знания языка вам тяжело придется, лучше на русскую территорию перебираться, – задумчиво заключил я. – Ну да ладно, обсудим еще.