Целительница моей души

 — И предупредите заранее, если получится, чтобы я повозку заказала. Думаю, та конюшня, что нам навоз поставляет, не откажет. Может быть, даже удастся деньги сэкономить, если кто-нибудь снова спину потянет. Хотя… — задумалась я, понимая, что план так себе, — повозка — это не навоз, её просто так не отдашь, тут распоряжение хозяина нужно. Ладно, заплачу, — шикнула я на свою жабу. Всё равно ведь собиралась платить, не за повозку, так за дрова.

— А ещё нам тёплую форму выдали! — вспомнила ещё одну новость Льюла. — Мы же теперь стипендиаты."

"Да, тех, кто получал стипендию, еще и одеждой с обувью обеспечивали — отличное подспорье. Но всё равно — обычная, не форменная одежда им тоже нужна, о чём я и сообщила детям. Узнав, что всё воскресенье мы потратим на ходьбу по магазинам и закупки всего необходимого, мне тут же выдали целый список того, что тоже является очень-очень необходимым, хотя одеждой не является.

Мне удалось убедить детей, что ни щенок, ни пони, ни рогатка к самому необходимому точно не относятся, но на книги, заколки, ленты, альбомы, «обруч как у Луты», мяч и краски я согласилась. Равно как и на прикроватные коврики, занавески, чайник, чашки и очищающий артефакт для моих студенток. Парни, пожав плечами, заявили, что прекрасно проживут без ковриков и занавесок, а чаю попить и у сестёр смогут.

После ужина, когда ребятня высыпала в садик — кто выращивать очередную вкусняшку, кто её есть, а кто просто посидеть на крылечке, пообщаться, — я, взяв подмышку Приблуду, отправилась встречать своих пациентов, большого и маленького. Сегодня я решила лечить Эррола в своём кабинете — загонять в дом студентов, которые и так проводят вне общежития всего один вечер, мне показалось неправильным. Даже ради принца.

Но Эррол этого даже не заметил. Подставляя мне одну руку и гладя Приблуду другой, он щебетал, не переставая. За те два дня, что мы не виделись, у него накопилась куча новостей. Оказывается, теперь его занятия по телекинезу уже не были такими скучными, как прежде.

Вчера днём король лично поприсутствовал при том, как, под присмотром учителя, Эррол тоскливо перекладывал деревянные брусочки из одной коробки в другую, добиваясь идеальной точности укладывания одного на другой. И прекратил это безобразие.

— Папа раз зевнул, ещё зевнул, а потом как рассердился! — восторженно докладывал мне малыш, сидя на руках у улыбающегося короля, которого, похоже, не сильно трогало то, что о нём говорят в третьем лице. — А потом и говорит: «Прекратите! Подобный метод препова… препдова…»

— Преподавания, — подсказал ему король.

— Ага. Вот это вот всё способно отбить у ребёнка, то есть у меня, желание овладевать магией вообще.