Душа на осколки

— Ты совсем замерзнешь, птичка, — мужчина в очередной раз поцеловал нежное запястье. — Идем.

— Куда? Я же сказала, что не помню, откуда и куда шла…

— Я живу неподалеку. Согреешься, поешь, а потом попытаемся вспомнить.

Ринар видел, что она напряглась. Как бы он ни пытался сдержаться, получалось не слишком удачно. Наверняка напугал.

— Вам можно доверять, мой лорд? — девушка посмотрела серьезно. Видимо, действительно оценивала его благонадежность.

А он был совсем неблагонадежен. Держался из последних сил, лишь бы не сжать в объятьях, не зацеловать, тут же не огорошить признанием в любви.

Он помнил все. Вот уже три года жил, помня все и разыскивая ее. На этот раз партию-жизнь разыгрывали со времен, предшествующих его помолвке с Наэллой. Помолвке, которой уже не суждено было состояться.

За это время он успел побывать на войне, вернуться, обыскать все окрестные обители, в которых не было его Души, вновь поручить Аргамону заняться поискали кальми, теперь уже не объясняя причин.

Когда-то он ждал долгих пятьдесят лет пробуждения своей мнимой любви. Но только на этот раз осознал, что такое сгорать от ожидания. Выть от нетерпения, отчаиваться и вновь обретать веру в себя и в нее. Мечтать о ней, грезить ею, готовиться к противостоянию со всем миром ради нее.

А сегодня… Его просто потянуло на эту опушку. Он всего-то и успел, что обуться, да оседлать лошадь, а потом мчать, чувствуя, как его тянет нить. Та самая нить.

— Нельзя, — он улыбнулся, разглядывая любимое лицо. Ей сейчас лет семнадцать. Она такая, как тогда, когда он отпустил ее.

— Вы хотя бы честны.

— Идем?

Альма кивнула, дождалась, когда мужчина встанет воспользовалась предложенной рукой.

— Мы только должны сделать еще одну вещь, — девушка думала, что он тут же развернется, зашагает вперед, а ей придется идти следом. Когда же она сделала маленький шажок, смотря под ноги, натолкнулась на скалу его тела. Он не спешил разворачиваться. Стоял, смотря на нее с затаенной в уголках губ улыбкой, нежно поглаживая все так же греющиеся в его руках ладошки.

— Какую?

— У тебя удивительно красивые глаза, душа. Они так же красивы, как и имя. Думаю, не стоит их никому показывать. Пока. Согласна?

Альма не знала, что особенного в ее глазах, но согласилась. В конце концов, ему нельзя верить, но очень хочется доверять.

— Я наведу морок, только… для этого нужно будет тебя поцеловать. Позволишь?

На самом деле, целовать было совершенно не обязательно. Необязательно, но необходимо. Чтобы вспомнить ее вкус, чтобы поверить окончательно, чтоб не умереть от разрывающего на части счастья.

Неуверенно кивнув, девушка тяжело вздохнула. Она не понимала саму себя. Не понимала, почему этот неизвестный лорд так действует на нее.