Душа моя

Вы про нее… про ребенка подумали?

— Да не знал я, что он к вам поедет! — психанул Олег, — не до тебя сейчас! Виктор, хватай его за ноги, я — за плечи. Ему вообще двигаться нельзя. Дружно, бл*дь, весело — взяли бревнышко, понесли! — подняли они Михаила и потащили к машине. Я волоклась следом.

Уложив Михаила на заднее сиденье, головой на подушку, Олег быстро расстегнул поясной ремень и стащил с него брюки. Осторожно подняв его ноги, сел в машину, уложив их себе на колени.

— Гони до медпункта! В темпе вальса. Ирка, в машину!

Виктор быстро оббежал вокруг и, сев за руль внедорожника, провернул ключ зажигания. Я тоже поспешно вздернула ногу, вставая на высокую подножку и бедра вдруг протянуло, захолодило зябким сквознячком.

— Я вся мокрая — уписалась, — легко как-то призналась.

— Я бы обосрался, Ир. Куртку стели и… быстро! Не до тебя, — повторил он и склонился, припадая губами к лодыжке Михаила. Кожа там была… сине-красной, отечной. А я вывернулась на сидении и смотрела на лицо на подушке — бледное, с крупными каплями пота на лбу и закушенной губой, с крепко зажмуренными глазами. Олег быстро сплюнул прямо на пол слюну пополам с кровью и припал к ранке снова. Машина неслась по грунтовке…

— Не переживайте так, — заговорил Виктор, не отрываясь от дороги впереди: — Лида грамотный медик. Вызвала реанимобиль, наверное…

Сзади подтверждающе промычал Олег, снова сплюнув вместе с кровью змеиный яд. А Виктор продолжал говорить:

— До Окунева всего десять километров — хе*ня! Там под сиреной проскочат на раз-два, а дальше дорога вообще пустая. И если в ногу — это лучше, чем… грудь или шея. От гадюк не умирают… реанимация, опять же. Не переживайте так.

Я молчала. С чего он взял, что я переживаю? Я с ума схожу! От ужаса перед всем этим. От паники, которая захлестнула, сжав внутренности в жесткий комок и даже не думая отпускать. От злости на эту сволочь безответственную, от страха за Анжелу… и за него тоже! Как он мог? Господи… как только он мог?! Что я ей скажу, как она теперь?

Сбывался тот мой страх — что он смертельно болен и приехал… за каким чертом вообще он приехал? Меня не добил тогда, так ребенка теперь добивать? Привязать к себе и добить?! Господи… хоть бы он сейчас выжил! Я что-нибудь придумаю, обязательно придумаю! И сама убью! Только бы выжил… Четвертая стадия? Это что? И что — это все? Нет, не может такого быть — он же нормально выглядит. Я ничего не заметила… а я на него смотрела? Я его разглядывала?!

Что-то такое вспоминалось… икра ложками — она полезна для крови. Способствует повышению уровня лейкоцитов… или их снижению? Для кроветворения точно полезна. И сок этот дурацкий — свекольный, на который он подсадил Анжелу.