Дурная

Андестенд? Ты работу свою получишь, я не отправлюсь в детдом, ну и вырасту, может, полезным членом общества, мама так говорила. А что, мой «штрих» богатенький, поди не бросит меня сиротку нищим неучем. Это уже дедулины слова. Ты ведь замуж то за этого полудурка согласилась выйти не потому, что меня пожалела, надеюсь? Из-за работы ведь? Или…?

– Леша, он твой отец, пожалуйста, будь повежливее. Ну что еще за «штрих»? И это, давай не ругаться с ним, а? Тогда и нам будет спокойно, и ему хорошо. Ему просто нужно свыкнуться с мыслью… – простонала я. Конечно, я согласилась только из-за Лешки. Про работу моей мечты даже не думала в тот момент, только о несчастном мальчике, жизнь которого вот-вот была готова провалиться в тартарары казенного существования. – Наша станция, – радостно объявила, стараясь не смотреть на мелкого авантюриста, жующего губешку задумчиво.

– Ему просто нужно перестать быть козлом. Да, мы первые, сто пудово, я так и думал. Учись, студентка. Что бы ты без меня делала? – улыбка на личике ребенка показалась мне слишком уж взрослой и какой-то злодейской, что ли. – Идем уже, фантазерка, пока ему там слишком хорошо не стало. Скайфоломим батона.

– В смысле?

– В коромысле. Может еще пожрать успеем. А то у меня кишка кишке бьет по башке. Папуля то пиццу не привезет нам, с ананасиком. Моя любимая, кстати. А вот какую-нибудь корову бешеную, очень даже легко.

– Подожди, о чем ты вообще? И ты ж говорил, что тебя тошнит и ты не голоден. Леша, давай договоримся, будешь врать, я…

– Точно блаженная.

Лешка закатил глаза и молча пошел к выходу из вагона. Я засеменила за ним. Да что такое? Даже этот мелкий вертит мной, как захочет. В чем то он прав, этот философ миниатюрный, надо как-то учиться быть стервой и менять свою жизнь. Иначе я закончу свою бестолковую жизнь в каком-нибудь приюте в компании пяти кошек и старого немца Альцгемера. Зато хоть не в одиночестве. Я даже и не заметила, как вышла из подземелья. Очнулась только, вдохнув свежий, слишком вкусно-пахнущий для мегаполиса, воздух. Лешка бодро шагал по тротуару, и даже насвистывал что – то. И мое напряжение улетучилось. Высотка, находящаяся в шаговой доступности до метро, снова показалась мне величественной и похожей на замок дракона. Я залюбовалась и чуть не врезалась в замершего на месте мальчишку.

– Ты чего? – спросила я.

– Слышишь?

Я прислушалась и вдруг уловила тихий писк, несущийся откуда-то из-под земли. Господи, это ведь из подвала. Только бы не крыса. Я даже содрогнулась, потому пропустила момент, когда мой мальчик сорвался с места и бросился к решетке, закрывающей крошечный проем вентиляции.

– Лешка, ты что? – господи, ребенок встал на четвереньки и вдруг просунул голову между металлическими прутьями. Боже. Боже, что же делать.