Дурман

Потому что крик испуга, пришедший с запозданием, застрял в горле.

Прямо перед ее глазами, на уровне лица находился кулак Севера. Большой, крепкий, с выделяющимися костяшками. И из этих костяшек медленно «выезжали», разрывая кожу, длинные, острые клинки.

Влада, позабыв, как дышать, как двигаться, не моргая, смотрела только на них. Низ живота свело судорогой, мышцы ног онемели. Зрелище завораживало и пугало одновременно.

Север нависал над ней, его горячее дыхание обжигало щеку.

– Не только ты была участником экспериментов Леоноры Крюмер.

– Что…

Владе не удалось справиться с удивлением. Это было слишком. Снова слишком…

Она, не задумываясь, что делает, ведомая инстинктами, подняла руку и коснулась стали.

– Почему?..

– Хотели сделать из меня… даже не знаю кого. Или просто смотрели, как металл сочетается с силой берсерка.

– Ты – берсерк? – севшим враз голосом переспросила Влада. Потолок неожиданно заколыхался перед глазами.

– Мой прадед был берсерком. Я – частично.

– Луна…

– Так что, девочка, тебе тоже достался муженек с загадками.

– То есть там… в доме старейшин, ты еще воспользовался энергией…

– Да.

– О черт.

– Ты так мило ругаешься.

– Север, я…

У нее не было слов. Она смотрела в лицо мужчине, что стал ее мужем, и падала в небытие. Она старалась держаться, из последних сил. Выталкивая себя из пучины сомнений и тревог, растерянности и неопределенности, она говорила, что отныне не имеет права на слабость. Не на ту слабость, что свойственна всем женщинам и которая должна в них присутствовать. А именно на моральную. Она не имеет отныне права пасть духом. Где-то на глубинном уровне Влада поняла, что если она хочет стать равной Северу, заслужить не только его физическую потребность в ней, но и нечто большее, способное в дальнейшем заложить первый кирпич в фундамент для их семьи, то она должна быть сильной.

Влада сдержанно улыбнулась, приказав себе расслабиться.

– Я видела фильм, где у героя был такой же металлический скелет.

Север усмехнулся в ответ.

– Ну, люди многое от нас позаимствовали. – В его карих глазах расплескалось плавленое золото. – Я рад, что ты не сильно испугалась.

– Думал, завизжу?

Он не ответил.

Влада же, толкаемая женским чутьем, подняла руку и дотронулась до подбородка Севера с отросшей колючей щетиной. Прикосновение ни к чему не обязывало и ничего не несло. На первый взгляд…

Влада скорее увидела, чем почувствовала, изменения в муже. Как напряглось его сильное, вылепленное годами тренировок и физических упражнений тело. Как тяжелее и глубже он задышал. Как мышцы на его плечах закаменели, превратившись в настоящую сталь, к которой так же захотелось прикоснуться, пройтись ноготками и увидеть, как отреагирует уже на более открытое прикосновение альфа Крестовский.