Дурман

Ты это чувствуешь? – Он толкнулся бедрами вверх, давая возможность почувствовать силу эрегированного члена. – Динамит так, что у меня яйца ломит от желания, а я по непонятным причинам все чего-то жду. Не скажешь чего, а, Владлена?

Девушка, полностью дезориентированная сначала его поцелуем, потом признанием, негромко ахнула. Что она могла ему сказать?

В чем-то он был прав. Даже не в чем-то, он был прав в своем праве на нее. Но его откровенность выбивала почву из-под ног так же, как и новости о самой Владе и ее прошлом.

– Я не знаю, – негромко ответила Влада.

Крестовский скривил губы и снова потянулся к ней в неоспоримом намерении продолжить, когда услышал настойчивый вызов домофона.

Мужчина нахмурился.

– Кого принесло?

Не успел он произнести фразу, как зазвонил его айфон. Мужчина выругался. Что-то ему слишком часто стали мешать.

Он аккуратно пересадил Владу с себя на диван, пружинисто поднялся и рывком схватил аппарат со столика.

– Надеюсь, у тебя что-то срочное, Нэкит?

Он почти не удивился адресату.

– Надеюсь, ты ее не тронул. – А вот рычащие нотки в голосе инкуба ему совсем не понравились.

– Ты о ком?

– Ты знаешь о ком. Открывай дверь.

– Нет. Я сейчас спущусь.

– Север! – Голос Верестова зазвенел от напряжения.

– Жди. И отзови своих псов с территории.

От мысли, что Никита намеревался претендовать на его Владлену, яростная волна протеста поднялась в груди.

За свою девочку он будет драться.

И хрен кому ее отдаст.

Его вели инстинкты зверя, которым он безошибочно доверял.

– Оставайся здесь. Мы продолжим там же, на чем и остановились.

Влада, подтянув ноги к груди, никак не отреагировала на его реплику. Лишь когда он взялся за дверную ручку, выдохнула:

– Ты надолго?

В грудь Крестовского со всей скорости врезался локомотив.

Интонация и запах Влады изменились. Приобрели другие оттенки. Если утром он не сомневался, что она желала от него сбежать, сейчас ее волновало, чтобы он быстрее вернулся.

– С тобой будут мои ребята. В квартиру никто, кроме меня, не войдет.

Он дождался, пока девушка отреагирует – едва заметно кивнет, и лишь тогда вышел.

Пока ехал вниз, готовился.

Если Верестов заявился к нему с претензиями, пренебрег их дружеским союзом, значит, в заброшенной лаборатории откопал нечто важное.

Лифт спускался вниз слишком долго.

Лишь увидев Верестова внизу, Крестовский догнал, что тот намеренно не поднялся к нему. Что для сверхсущества консьержка – пусть и из низших демонов – и препятствие в виде нескольких запертых дверей? Тем более с армией-то инкубов. Присутствие людей Верестова ощущалось даже на расстоянии. Их было семеро: трое у двери и по двое по периметру.

Интересно, к чему готовился его старинный друг?

Нэкит сидел в фойе, закинув ногу на ногу.