Дурман

Девушка склонила темноволосую голову, обнажив изумительную шею с пульсирующей жилкой. Север спокойно относился к вампирам, не сказать, что сильно им симпатизировал, есть они и есть. Но в те секунды в нем взыграла солидарность к кровососам, потому что ему отчаянно захотелось выпустить клыки и вонзить их в шею девушки.

Поставить ей метку.

Показать, что она его.

Ей.

Другим самцам.

Себе.

Чтобы смотреть на эту тонкую, светлую, почти прозрачную шею и видеть след своих зубов.

И у Крестовского сорвало пружины. Он, дав ей сказать слова клятвы, рявкнул: «Принимаю», после чего, не церемонясь, схватил ее за плечи и вздернул кверху. Иначе бы он точно расстегнул ширинку, и, позабыв, что девушка девственна, вогнал член ей в рот, в горло, до самого основания. Эта картина фейерверком взорвалась у него в голове. Обожгла, воспламенила.

Влада ойкнула, в ней снова качнулся фоном страх, но в данную секунду Северу было на него наплевать. Он рванул девушку на себя, сжал ей бедра, поднял их, тем самым вынудив Владу закинуть ноги ему на торс. Рыча и издавая звериные звуки, Крестовский впился в ее алые губы жадным поцелуем.

Она в его руках. Что может быть правильнее и естественнее?

Его девочка.

Его искушение.

Он не дал ей опомниться, не дал прийти в себя. Целовал с силой, со страстью. Властно раздвинул ее губы языком и сразу же ворвался внутрь, опаляя силой своего желания. Член прострелило уже знакомой болью: если он не снимет напряжение, взорвется. Влада не отвечала ему, ошарашенная его напором. Север находился в таком раззадоренном состоянии, что ему было не до ее реакции. Он пил ее сладость, втягивал в себя ее запах, окутавший их обоих. Наслаждался мягкостью ее тела. Одной рукой удерживал ее за ягодицы, второй прошелся по спине, выше, запустил руку в волосы, чтобы собрать их в кулак. Сжать. Наверное, он немного перестарался, сделал ей больно, потому что Влада глухо застонала.

Он ослабил хватку, и это послабление ему далось нелегко.

Она неопытна. Она подобна дорогому хрусталю, с ней стоит обращаться бережно.

Север не помнил, как оказался на диване.

Лишь загривком ощутил мягкость прохладной кожи. Влада сидела на его коленях верхом, он не позволил разорвать поцелуй, по-прежнему упиваясь его сладостью.

– Я просила защиту, – все же успела выдохнуть Влада, когда он дал ей маленькую передышку. – А не твою постель, альфа.

Он усмехнулся в ответ, пробираясь рукой под спортивную кофту."

"– Ты же понимаешь куда больше, чем говоришь, Владлена. Ты можешь царапаться, кусаться, вести себя, как дикая кошка. Можешь изображать покорность. Но одного не смеешь не признать – что-то между нами есть, девочка. На уровне гормонов. Меня динамит от тебя.