Дурман для зверя

Открыв документ, моя кукляха совсем скисла.

— Что им грозит?

— Подделка документов, мошенничество и вымогательство крупной суммы, да еще и группой лиц… ну, думаю, при большой удаче — лет по пять всего им гарантировано. — Аяна судорожно вдохнула, беся меня степенью своего беспокойства об этих никчемных паразитах.

Естественно, я нарочно накручивал и сгущал. Официально первый привод, ссыкуны совсем, и у нас больно сейчас любят за таких вот «бедняжек» вступаться всякие правозащитники, выискивая им оправдания в трудном детстве и делая себе пиар… Короче, у говнюков были все шансы вообще отделаться условным. Но ей-то откуда это знать.

— И это в том случае, если я захочу быть к ним милосердным и дам делу сугубо официальный ход и сдам ментам. А вот если моему заказчику… Знаешь, кто родня этой дамочки, у которой они деньжат-то отжали?

Повесив тяжелую многозначительную паузу, я позволил моей игрушке самой закончить работу по окончательному своему запугиванию и загону в ловушку. А ведь чего проще — пошли ты меня пешим эротическим, забей на этих подставлял, отряхнись и живи. Не факт, что я просто так ушел бы, но могла же хоть попытаться.

— Что тебе нужно? — прошептала она.

— Я сказал. Ты переезжаешь. Жить будешь там, где я скажу, делать то, что скажу и…

— Спать с тобой.

— Сексом заниматься, куколка.

— Почему я не могу остаться дома и встречаться с тобой, когда позвонишь?

От того, что меня бесит это твое соседство, а теперь, когда точно уверен, что один из дружков четко метит совсем уже не в друзья, вообще до красной пелены перед глазами.

— Потому что я так решил.

Аяна потеребила брелок на ключах и тихо спросила, не глядя на меня:

— Разве ты не мог бы… ну, не знаю… попросить меня встречаться с тобой нормально?

Нечто в ее голосе словно резануло меня, попадая не только по человеческой половине, но и особо жестко по звериной, вызывая инстинктивную агрессию."

"— Я? Тебя? Просить? — фыркнул, подавляя невольное рычание. — Встречаться, Аяна? Не обольщайся. Ты делаешь что мне угодно — я не трогаю твоих дружков. Это не называется «встречаться». Это называется — принадлежать. Соскочить и не думай, всю доказательную базу я сохраню. Собирайся! Бери только самое необходимое.

Аяна вскинула голову и с полминуты жгла меня своими мегаглазами, а я давил взглядом в ответ. Давил, пока она не сдалась и, развернувшись на месте так резко, что врезалась плечом в стену, схватила из-под кровати большую спортивную сумку.

Я жадно следил за ее порывистыми движениями и торжествовал. Но сквозь мое удовольствие от столь легкого триумфа пробивался противный привкус чего-то жалкого, еле уловимого, вроде подобия сожаления.