Дурман для зверя

Мне было адски больно, я ведь, похоже, умерла, но и я же родилась, прекратила бесконечно задыхаться… Освободилась?

Но рядом были те, кто на мою новую свободу покушались. Двуногие, двурукие монстры, чужие, вонявшие агрессией и угрозой незнакомые окружали, сжимая кольцо, лишая шанса на побег.

— Уоооспокоуооойте ейоооо! — чей-то грубый голос. — Стреляааайатееааа!

Правый бок дважды ужалило, и я жалобно завизжала, закрутившись на месте волчком, клацая челюстями и пытаясь достать обидчика. Эхом на мой визг прилетел рев и грохот откуда-то. В окружающее меня живое кольцо врезался здоровенный монстр, разбрасывая всех в стороны. Двуногие тоже стали менять очертания, шокируя и обращаясь зверями. Завязалась жуткая свалка. Мой монстр пах так восхитительно, даже сквозь вонь чужих шкур и крови, как все, чего только можно желать, но это же и был запах страдания, какого до него не сумел причинить никто. И как бы часть меня ни заходилась в плаче и интенсивном желании броситься навстречу, но инстинкт избегать боль толкнул прочь. И я подчинилась ему."

"Ноги были как пружины, уносящие меня огромными прыжками, тело звенело от переполняющей энергии, по нервам хлестало воем погони. Тот самый, ЕГО голос я различала среди остальных. Вот теперь он звал, умолял, обещал все… но слишком поздно. Сейчас он был таким же незримым подгоняющим хлыстом, как и завывания других преследователей, что то и дело пытались преградить мне путь. Но я была быстрее, увертливее, мельче. Чертовски всемогущей, неуловимой! Они все промахивались, силясь сшибить меня, впустую клацали зубами там, где меня уже не было. Чистейшая эйфория текла в моих венах, и не было никого круче меня в эти минуты! Вот только… все вокруг почему-то сливаться начало, но совсем не от скорости, с которой я неслась. Мутилось, теряло четкость, но это только подхлестывало меня, гнало еще быстрее, как нотки дикого отчаяния в том самом голосе боли. Я убегу от всех, от всего, я смогу, во мне же столько сил! Им конца нет!

Деревья исчезли вдруг, под лапами оказался не снег, а скользкий лед, когти с ним не сцеплялись, закрутило на месте и оглушило каким-то безумным грохотом. Прямо на меня, вмиг оцепеневшую, неслось гигантское вонючее чудище с двумя огромными ослепляющими круглыми белыми глазищами и десятком сверкалок поменьше. И именно этот момент выбрало мое тело для того, чтобы превратиться в безвольный кисель, не желающий исполнять ни единой команды мозга.

В бок врезалось что-то большое, отшвыривая с пути орущего дурниной чудища. Треск, вопль, рык. Я уткнулась мордой в снег. Все. Мрак.