Последний дубль Декстера

А потом она опустила руку.

– Раз Кэти ушла, придется делать это самой, – продолжала она. – Но за режиссером числится небольшой должок. Так что…

Она улыбнулась и – примерно так, как Эстор увела Роберта – взяла меня за руку и вывела из комнаты.

Моя приемная мать, Дорис, любила повторять, что каждый божий день ты чему-нибудь новому да учишься. Я всегда воспринимал это как завуалированную угрозу, но в данном конкретном случае то, что я узнал от Джекки, показалось мне безобидным и восхитительно бесполезным. Оказалось, то, о чем я думал, называется «Плюс четыре», и это не галстук, а нечто вроде костюма для гольфа. А «Форма пять», как выяснилось, означает роль, называемую так потому, что занятый в ней актер – в моем случае этот термин надо понимать довольно относительно – произносит не больше пяти реплик. Я не совсем понял, почему так важна именно цифра «пять» – вроде бы что-то связанное с профсоюзами. Чем больше я узнавал о шоу-бизнесе, тем больше начинал думать, что все в нем определяется профсоюзом.

Так или иначе, режиссер по имени Виктор Торрано не увидел ничего странного в том, чтобы дать небольшую роль зануде-медэксперту, не обладавшему особенными актерскими навыками – по крайней мере, в кино. Он только вздохнул.

– Ладно, – устало сказал он. – Какого черта. И нечего трепетать своими ресницами.

К изрядному своему облегчению, я понял, что последние слова относились к Джекки.

Виктор повернулся и осмотрел меня с ног до головы.

– Та-ак… Что ж, есть у меня несколько ролей, на которые я все равно собирался взять местных. Так… Да, для копа жидковат. А для наркодилера недостаточно отрицательный типаж… – Он заглянул мне в лицо и поморщился. – Да, извините, как вас зовут?

– Декстер Морган, – ответил я. Хорошо бы все и дальше шло с такой же легкостью.

– Декстер, да. Вы имеете какое-нибудь представление о медицинской экспертизе?

Как я ни старался, мне не удалось удержаться от улыбки:

– Если уж на то пошло…

В общем, вскоре он позвонил куда надо, и Декстер стал актером.

Джекки отвела меня обратно в логово Сильвии. В руке я сжимал записку от Виктора, согласно которой я отныне и присно, во веки веков… ну или по меньшей мере на один эпизод зовусь Беном Уэбстером, сцена номер сорок девять, и меня надлежит одеть соответствующим образом.

– Бен Уэбстер, – сказал я Джекки, стоило нам выйти от Виктора. – Разве не так звали драматурга елизаветинских времен?

Джекки похлопала меня по плечу:

– Не думаю. Вас это нервирует, признайтесь?

– Да нет, – признался я. – То есть ни капельки.

Она чуть кривовато улыбнулась и пообещала:

– Вы справитесь. Не переживайте на этот счет.

Если честно, я совершенно не переживал по поводу игры.