Друзья или любовники? (СИ)

— Но… — Она подняла брови и жалобно надула губы. — Я думала, ты останешься и на ужин. А после ужина мы с Соней хотели погулять. Да, Сонь?

— Нет, — покачала головой его умная девочка. — Это ты хотела погулять, а я уже нагулялась. Да и никакого ужина мне не надо после ресторана. Мороженого хватит.

Лиля, по-видимому, не ожидала подобного ответа — растерялась и замерла, удивлённо хлопая глазами, глядя на Соню так, словно видела её впервые.

— Вот видишь, — подытожил Яр с улыбкой. — Всем хватило праздника. Так что я немножко посижу, посмотрю обещанный танец — и поеду к себе.

— К себе или к Алине? — огрызнулась Лиля, но явно сразу пожалела о своём срыве. Запнулась и сделала виноватое лицо, однако было поздно.

— Кто такая Алина? — поинтересовалась Соня, с внимательной тревогой посмотрев на Яра. — Ты мне про неё не рассказывал.

— Это… — начала Лиля, но Корнеев её перебил:

— Моя одноклассница, Сонь. Она со мной в одном доме живёт. Если хочешь, я тебя с ней как-нибудь познакомлю. Мы вместе выросли.

— А-а-а, — тут же успокоилась дочь. — Да, конечно, хочу!

— Я против, — отрезала Лиля, бросив на Яра воинственный взгляд. Но возражать он не стал — во-первых, потому что сам ещё не понял, стоит ли знакомить Алину с Соней, а во-вторых — потому что двери лифта наконец открылись, и Корнеев поспешил выйти на площадку, подтолкнув в сторону выхода и дочь. Потом он сделал вид, что не помнит, где находится нужная квартира, и Соня со смехом принялась показывать, напрочь забыв про новую информацию, которую ей выдала Лиля.

Как ни странно, но дома у Аркадия Максимовича и Инги Михайловны Яру оказалось легче, чем в ресторане. И не только из-за озвученных временных рамок — когда впереди всего лишь час, его проще пережить, чем полдня, — но и потому что в квартире тестя было быстрее и эффективнее дистанцироваться от Лили. В ресторане приходилось придерживаться правил приличия — нельзя же слишком грубо сбрасывать с себя руку всё ещё жены, делая их конфликт общественным достоянием? Здесь же окружающие были в курсе семейных обстоятельств, и Яр просто предупредил Лилю ещё на пороге, тихо сказав ей на ухо:

— Будешь вешаться — тут же уйду. Держи себя в руках, пожалуйста.

Она явно обиделась, но Корнееву было всё равно. Зато и не лезла. По крайней мере физически. Однако соблазнить по-прежнему пыталась.

Чего только стоил их танец с Соней! Яр думал — это что-то невинное, с дочкой же танцует. Но выяснилось, что не совсем. Однако Соне это не было понятно. Зато было понятно Яру, да и тестю с тёщей тоже — для них всё тоже оказалось сюрпризом, и смотрели они на устроенное представление с искренним удивлением.