Дружка (одноклассница)

Перед тем, как отпустить девочку, Арсен отвел ее в сторонку и тихо сказал:

— Я хочу начать все заново.

Несколько секунд вглядывался в глаза ребенка, потом сел в машину, завел мотор и уехал, увозя Наташу с собой. А Ника смотрела вслед, думая о том, что иногда начать сначала невозможно. Потому что слишком поздно.

Потом маленькая свекруха вытащила из кармана второй телефон и набрала Илью. А когда тот ответил, спросила:

— Слушай, ты не знаешь номер телефона дяди Дениса?

Глава 16

Денис почти подъехал к той гостинице, где остановились Наташа с дочкой. Из-за той задержки нервы были на пределе. Его всего трясло внутренней дрожью, понимал, что не успокоится, пока ее не увидит. И вдруг телефонный звонок. Незнакомый номер.

Трубку поднял с опаской:

— Да.

— Здравствуйте, дядя Денис. Это Верноника.

— Что? Ты где? Откуда звонишь? Я сейчас за тобой приеду!

В ответ сначала раздался странный одобрительный смешок, а потом девочка сказала совсем уж странную вещь:

— Вот я в вас не сомневалась.

Он только хотел возмутиться, что за шутки такие, как она продолжила:

— Да в гостинице я, не волнуйтесь. Дядя Денис, я это… доверяю вам самое дорогое. Смотрите, не подведите.

Денис аж закашлялся:

— Я… эээ… что?!

— Этот тип, мой папаша… — она что-то тихо пробурчала что-то непонятное. — Только что увез маму.

— Куда?! — рявкнул Денис.

— Точно не знаю, но он поехал по дороге на Пятигорск. Если…

Она хотела сказать, если поторопитесь, сможете догнать, но тот уже отбился, успев только крикнуть в трубку:

— Спасибо!

Девочка улыбнулась, глядя на телефон, который держала в руке. Прямо спектакль какой-то… Ей показалось очень забавным, ведь на самом деле это она сейчас управляла жизнью взрослых. Сами-то никогда не придумают ничего толкового. Вот и приходится за них решать, чего и когда. И куда.

* * *Арсен вел машину быстро, почти не глядя в сторону Наташи. Он и без того остро ощущал ее близость, отдававшуюся в мозгу чем-то категорически запретным, но оттого еще более желанным. Тонкий аромат ее духов просачивался в сознание, будоражил, вызывал мысли, картины. Забытое, запретное… Сбитое дыхание и страсть. Нельзя смотреть на нее.

Некоторое время они ехали в полном молчании, потом подол черного платья колыхнулся, Наташа глухо спросила:

— Куда мы едем?

— Поговорить, — вышло неожиданно резко, во рту пересохло.

— Ты хотел поговорить без свидетелей. Мы могли бы… — начала она.

— Нет! — не собьет она его с цели своими разговорами."

"Мужчина и без того был в полном раздрае. Сам понимал, то, что он сейчас делает, иначе как сумасшествие, не назовешь. Но остановиться не мог. Его несло.

Что будет делать завтра, какое оправдание придумает своим поступкам? Арсен дернул головой, отказываясь думать об этом.