Друг сына

 – Он наклоняется ниже, а ладонь, только что придерживающая мой локон, скользит и тяжело ложится мне на затылок. И этот захват куда неотвратимей того, в котором меня пытался удержать Марат. Потому что из этого – не вырваться. – Совсем меня с ума свела.

– Я… Не… – мне хочется сказать, что я не собиралась, что я вообще не…

Но он касается меня губами в этот момент, и я застываю, вытягиваясь в струнку в его руках.

Он скользит приоткрытым ртом по моей шее, приникает полностью, обволакивая жаром сильного, горячего тела.

Я закрываю глаза, бессильно принимая свое поражение.

Потому что есть мужчины, которым невозможно отказать.

И не важно, какое свидание у вас.

Я вот, когда-то на первом ему сдалась…

И за что мне это все?

Глава 2

– И чем все закончилось? – Вера поворачивается ко мне, забывая про закат, которым мы с ней любуемся с балкона моего пятнадцатого этажа, – только не говори, что…

Я уныло киваю, машинально потирая шею. То самое место, которому вчера досталось. Тоже. Как и многим другим, впрочем, но этому – особенно.

Матвей почему-то очень сильно тяготеет к таким вот, по-вампирски сладким поцелуям… И я тоже. С некоторых пор.

– Блин, Мира… – Вера разочарованно цокает языком, шарит взглядом вокруг, выискивая сигареты, потом вспоминает, что бросила, и снова цокает, теперь уже раздраженно, – ну вот что ты за баба такая, а? Говорила же, что все. Что больше никогда. А сама…

– Не знаю, Вер… – вздыхаю я, – ну вот переклинивает, веришь? Ну сама же все понимаешь… Твой-то Виталик – тот еще абьюзер…

– Ну так потому и пошел лесом в итоге, – перебивает мена подруга.

– А сколько ты выла в подушку по ночам?

Вера молчит. Сказать нечего, потому что. И не соврешь никак, ведь я – как раз та самая подушка, в которую она выла на протяжении полугода, пока с кровью и мясом отдирала от себя тварь, так ловко присевшую ей на хребет.

– И что, ты опыт перенимаешь, что ли? – вздыхает она, меняя тональность разговора.

Вот за что люблю ее, так это за умение сдержаться. Не судить. Иногда прорывает, конечно, не без этого… Но кого из нас не прорывает? Все же живые.

– Нет, не волнуйся, – отвечаю я, – больше такого не повторится…

– Я это уже слышала… – скептически посматривает на меня Вера и, за невозможностью покурить, закидывает в рот карамельку, ворча досадливо, – вот так и толстеют люди… От нервов.

Хотя, это профанация, конечно.

Учитывая, что в Вере восемьдесят кило чистого веса при росте сто восемьдесят сантиметров, вопрос калорий перед ней не стоит. Да и не стоял никогда, если честно, потому что излишки веса грамотно распределяются в самых правильных местах, настолько правильных, что лишь завидовать остается такой генетике.