Друг сына

В которой тепло мне было только с ним, этим невозможным, слишком ярким, слишком уверенным в себе и слишком молодым парнем.

Я верну свою прежнюю жизнь.

И Матвей, наверно, больше не будет врываться в нее ярким метеором. Любой метеор, в итоге, сгорает в атмосфере какой-нибудь планеты, становясь ее частью.

Не моей планеты.

И от одной мысли об этом становится больно. Так больно!

Не хочу!

Это – мой метеор! Он хочет ко мне! И я хочу к нему!

Мы будем вместе гореть, переплавляться в одно целое.

Я смотрю в яркие, невозможно огненные глаза Матвея… И киваю. Подчиняясь. Позволяя ему решить проблему за меня.

Наверно, впервые в жизни, осознанно, укрываясь за спиной мужчины.

– Твоя, – шепчу я ответ на его вопрос, – конечно, твоя.

И вижу невероятное, острой искрой промелькнувшее облегчение в глазах Матвея.

Кажется, он до последнего опасался, что я откажу. И побегу все решать сама.

– Малыш мой, – шепчет он, а затем подхватывает меня на руки и быстро несет по галерее, вниз по лестнице, толкает ногой легкие двери, ведущие в большое пространство, с атмосферой и интерьером дорогого роскошного спа-салона."

"Там он ставит меня на ноги, мягко и горячо целует в губы, а после поворачивает лицом к терпеливо и спокойно ожидающей женщине средних лет, одетой в униформу.

– Марина, это моя гостья. Сделай ей хорошо.

– Конечно, Матвей Викторович, – сдержанно и с достоинством кивает женщина, – по-другому у нас и не бывает.

– Это точно, – Матвей неожиданно улыбается, подмигивает мне, – расслабляйся, я пошел.

– Матвей! – я все же не могу вот так просто отпустить ситуацию до конца. И не могу позволить моему парню решать вопрос с моим сыном без моего участия. По крайней мере, не сразу. – Позвони мне, пожалуйста, потом. Прошу.

– Хорошо, малыш.

Он снова улыбается, так легко и безбашенно, что я мгновенно вспоминаю, сколько ему на самом деле лет.

Интересно, теперь так постоянно будет?

Марина дожидается, когда сын хоязина выйдет, после чего мягко улыбается мне и приглашает пройти в салон.

Она начинает рассказывать о том, какие именно процедуры доступны прямо сейчас, выспрашивать о моих предпочтениях, но я до такой степени не тут сейчас, что ничего толком не могу выбрать. В голове постоянным рефреном крутятся мысли о том, как именно сейчас будут разговаривать Матвей с Димасиком, и опасения самые серьезные.

Сын ушел в такой ярости, что может и не захотеть слушать. Уедет просто отсюда, и что тогда?

Тогда буду ловить его в городе и разговаривать…

Но вообще, это не дело, что я вот тут расслабляюсь, пока они…

– Так что вы выбрали? – вклинивается в мой истерический внутренний монолог Марина.

– Эм-м-м…

– Хорошо, предлагаю тогда велком-комплекс.