Созданы друг для друга

Дина, тогда еще не понимавшая в полной мере то, о чем говорит бабуля, сильно удивилась эдакому пессимизму. Да ладно, с чего бы? Ну подрались-поругались от ревности, чего не случается в молодых семьях.

И хоть Константин Павлович с мнением тещи своей был совершенно солидарен, но все же с Виктором поговорил, отчетливо понимая всю бесполезность этих разговоров. Виктор в ответ хоть откровенного пренебрежения не выказал, все ж таки авторитет одного из известных докторов в Москве куда как покруче его нынешнего статуса будет, но улыбочку себе позволил. Ну и ладно, главное, Нагорный обозначил, что девочка не одна в этой жизни и за нее есть кому заступиться. Да только…"

"После той ночи Катька прибегала к ним из-под тяжелой руки мужа, битая, перепуганная насмерть, еще пару раз. Не прислушивалась ни к каким разумным доводам и уговорам, отказываясь от помощи и спасения – только пересидеть, утереть кровавые сопли, зализать раны, пока муж не утихомирится там дома и не заснет.

– Выгони его! – кричала ей Дина, настаивая: – Разведись! Что ты терпишь, идиотка!

– Я его люблю, – как заклинание, произносила подруга. – А он любит меня.

– Ты дура, что ли?! – заводилась от бессилия вразумить ее Дина. – Какое любит! Он колошматит тебя! Это какая-то извращенная, прямо лютая любовь! Ты знаешь, сколько я на своей работе таких, как ты, идиоток насмотрелась? Их от такой любви своеобразной мужья калеками делают! До полусмерти избивают! Опомнись, Кать!

Все было бесполезно – все! Уговоры, слова, обращение к разуму – Катерина очень быстро, практически сразу же освоила навыки игнорирования реальности, собственных интересов и безопасности.

А вскоре выяснилось, что она ждет ребенка.

И все, ловушка захлопнулась.

Вот тогда первый раз Виктор избил Катерину буквально до полусмерти. Соседи вызвали милицию, «Скорую» и позвонили Нагорным. Катьку срочно отвезли в больницу, Виктора задержали, и поскольку его жена находилась без сознания, заявление в милицию на него написала Инга Валерьевна. Катька не приходила в себя трое суток. Как врачам удалось спасти и сохранить ребенка – непостижимо, чудо какое-то.

А когда пришла в себя… Виктор, отпущенный коллегами под подписку о невыезде, несколько часов подряд стоял на коленях перед койкой, на которой лежала его «любимая» жена. Рыдал, клял себя последними словами, каялся, божился, прямо-таки на крови, что больше никогда и ни за что пальцем ее не тронет, пылинки сдувать будет.

И далее красочный перечень обещаний.

Выйдя из больницы, Катерина забрала заявление из милиции.

Никакие разумные доводы матери, бабушки, Дины и всех Нагорных она не слышала и не принимала.

И уже совершенно по иной причине, чем первый раз, – какая там любовь, какая на фиг семья: она дико, до животного ужаса боялась своего мужа.