Кукушонок из семьи дровосеков

Она живо объяснила наивной Кулаковой, что у многих школьников отцы, а то и оба родителя давно где-то на заработках. Одни – капитаны дальнего плавания. Другие – ученые, они в Африке или на Севере. Третьи, врачи, спасают людей по всему миру. И все так заняты, что даже на денек не могут к жене и ребенку заглянуть. Настя говорила все это, еле-еле сдерживая смех, а Валя ей поверила. И когда одноклассница замолчала, Кулакова сказала:

– Вот вырасту – выучусь на доктора, как твой отец. Он хорошо зарабатывает, много денег домой присылает. А мой папа – простой ученый, зарплата небольшая, поэтому хуже вас живем.

Васина расхохоталась, сказала Валентине, что пошутила. Ее мать, Ольга Сергеевна, и мать Кулаковой никогда замуж не выходили. Куда подевался отец Насти, она не знает, ее мать алиментов в глаза не видит.

– Моя мамашка, – шептала Настя, – шлюха, спит со всеми, кто платить может. Поэтому имени моего папаши не называет. Я маму люблю, она водку вообще не пьет, меня обожает, хорошо одевает, подарки делает. У каждого своя работа, у моей мамочки вот такая. А твоя Анна Ивановна другая! Ходит в рваных туфлях, ни себе, ни тебе ничего хорошего из нарядов не берет. Дачников не пускает. Денег у вас никогда нет, с огорода питаетесь. На столе картошка, свекла, капуста. Ни сыра, ни колбасы не видите. Ты когда конфеты ела в последний раз?

– На Новый год, меня твоя мама угостила, целый мешок подарила, в нем еще игрушка лежала, – вздохнула Валя.

– А я каждый день могу по шоколадке съедать! – похвасталась Настя. – Знаешь, почему мы с мамочкой хорошо живем, а вы очень плохо?

– Нет, – прошептала Валя, ошеломленная упавшей ей на голову информацией.

– Моя мать меня любит, – объяснила подружка. – А твоя тебя – нет. Мамочка хорошо зарабатывает, она утром уходит и сутками не возвращается. А когда снова дома, еле на ногах стоит. Думаешь, легко с водителями кататься? Почему мамочка себя не жалеет? Чтобы у нас холодильник полный стоял, конфеты в буфете лежали. А твоя мамашка ленивая. В полдень уже дома, попу на диване греет, в телик пялится и мою мамочку шлюхой обзывает. Валентина ради тебя не желает стараться, работать, чтобы ты не выглядела оборванкой.

Тихо глотая слезы, Валя вернулась домой и объявила Анне Ивановне:

– У меня нет ничего вкусного, хорошей новой одежды сто лет не видела. Ты только кричишь, ругаешься. Иди к маме Насти, она тебя научит, как шлюхой быть! Вот совсем нетрудно, легла – и спи с кем-то. Вот тогда хорошо жить начнем!

Глава девятнадцатая

– Представляю, какую реакцию у Анны Ивановны вызвали слова дочери, – усмехнулся Коробков.

– Думаю, ты неверно оцениваешь злобу старшей Кулаковой, – возразила я.

В деревне разразилась настоящая война.