Дропкат реальности, или магия блефа

Река, неширокая, по-женски коварная, взирала на беглецов с умеренным интересом. Куда они денутся? Все равно окажутся в ее объятиях. Рано или поздно. Но лучше все же рано. А уж она постарается. Затянет, закружит, утащит гостей в свои чертоги.

Илас закрыл глаза. Он словно пытался услышать что-то в шепоте реки. Его ноздри подрагивали, улавливая запахи, о которых Васса могла лишь догадываться. Наконец, приняв для себя какое-то решение, с коим Вассу не соизволил ознакомить, блондин коротко бросил:

– Туда.

Мотнув головой, сам подал пример, направив лошадь вдоль излучины реки. Впрочем, скоро он спешился и, словно нехотя, через себя, произнес:

– Помоги вытащить.

Васса, к этому моменту тоже оказавшаяся на земле, слегка замешкалась с ответом, и Бертран добавил:

– Пожалуйста.

Цедить слова, словно это были драгоценные жемчужины, которых девушка недостойна, у блондина получалось мастерски. А тут еще и пришлось просить… Но куда же деваться, если за спиной погоня.

Васса не оценила оказанную ей высокую честь. Скептически оглядев Бертрана, хмыкнула и все же подошла ближе к услужливо повернутой к ней спине. Оба понимали: времени осталось мало, и на препирательства с выяснением отношений лучше его не тратить.

Посмотреть Вассарии было на что. Несколько болтов, одним из которых был «овод», вошедший чуть ли не по самое оперение. По-видимому, он угодил между ребер. За него-то Васса и ухватилась пальцами. Гусиные перья, что с трех сторон были призваны стабилизировать полет болта, набрякли от крови и соскальзывали, не даваясь.

– Что ты там так долго возишься? – недовольно просипел Илас сквозь сжатые зубы.

Его специфический дар подохнуть от потери крови не давал, но всю непередаваемую гамму ощущений от процесса извлечения инородных тел из него самого, к сожалению, не блокировал.

Мужчина ругался про себя: умудрился все же схлопотать «подарочки» от караульных в спину. Самому никак не достать, а эта… возится, еще и провернуть пытается.

Васса в этот момент, плюнув на попытки вытащить «овода» пальцами, решительно вцепилась в окончание древка зубами и, уперев руки в спину блондина, потянула арбалетный деликатес на себя.

Илас, издав звуки, больше всего напоминающие брачное шипение гадюки, чертыхнулся в тот момент, когда болт, на прощание вырвав-таки кусок мяса краем железного наконечника, распрощался с его спиной.

Васса, не рассчитавшая силы, плюхнулась на пятую почку и начала усиленно отплевываться. Ощущения от роли сестры милосердия были препоганейшие: немытое перо с кровью и щепой во рту. А зубы… – будто их разом пытались выдернуть щипцами, но силенок у цирюльника не хватило.

Мужчина повернулся и зло посмотрел на девушку.

– Надеюсь, остальные ты будешь не выгрызать, а просто потянешь за древко и вытащишь.