Дрянная девчонка в Академии

И даже драгоценности, передававшиеся по женской линии, старый Бладерс собственноручно отдал моей маме. Вроде бы даже заставил подписать какую-то бумажку, что его неблагодарная дочь не получит ничего."

"Впрочем, все это — дела давно минувших дней. К моменту, когда я появилась на свет, деда уже не было среди живых. Единственная память о нем — большой портрет в каминном зале. Там изображен иссохший старик с желтоватой кожей и пронзительным взглядом серых глаз. Признаюсь, в детстве я до смерти боялась его портрета и старалась даже не заглядывать в тот зал. А нянюшка смеялась и говорила, что, будь старик жив, души бы во мне не чаял, потому что дар у меня почти такой же сильный, как у него, еще и двойной.

Виолу я видела всего дважды. Когда была совсем маленькой, они приходила к отцу. Долго стояла у ворот и в конце концов добилась, чтобы ее пустили. Эли мне шепотом сказала, что эта простоволосая женщина в некрасивом платье — моя тетка. Но тогда меня это совершенно не интересовало.

И второй, когда встал вопрос об опекунстве. Я просто не узнала элегантную даму в модном костюме и шляпке с небольшим перышком. А она, кажется, даже судилась с Пресинвалем за опеку надо мной. Но корона была на его стороне, так что у Виолы не осталось шансов.

Но теперь я взрослая! И если меня не устраивает опекун, вправе потребовать себе другого. Наверное.

Решено, надо написать Виоле и попросить о помощи. Если она согласится, я снова смогу жить дома, а магия… с магией всегда можно что-нибудь придумать.

Но как ее найти, если я знаю только имя? Ни фамилии по мужу, ни адреса…

А все равно наличие хоть какого-то плана подбодрило. Я уже не чувствовала себя такой беспомощной. Пусть Пресинваль наслаждается своей властью, недолго ему осталось жить в моем доме. Я вернусь, обязательно вернусь…

— Когда кто-то из студенток вот так улыбается, дело обычно кончается наказанием, — меланхолично отметила Тайс.

И умеет же она момент подгадать!

Я вздрогнула и прижала ладонь к губам. Точно, улыбка! Фу ты…

— Что вы, я просто замечталась, — ответила как можно беззаботнее и подавила зевок.

Дело к утру уже, в это время я привыкла ложиться спать.

— Ну-ну.

Похожая на мышь особа была настроена ко мне враждебно. Не то чтобы это имело значение… Но что со мной не так? Пресинваль чего-то наговорил? А он подумал, каково мне будет на новом месте? Сдаюсь, я не была образцом для подражания в последнее время, но это ведь не повод!

Почему было не подыскать учебное заведение поближе?

Вдруг они в той Академии все такие недружелюбные? А мне там хоть некоторое время, но жить…

Затосковать окончательно помешала дернувшаяся карета. Нас подбросило, как на большущем ухабе, и я ощутимо приложилась локтем о дверцу.